Книга Искусство управлять людьми, страница 135 – Светлана Нарватова

Вереин вновь поколдовал с настройками, и из колонок донесся искаженный звук голосов.

— *****! — Это Витя, кладовщик.

— Не выходит, Данила, каменный цветок? А ты поднатужься, поднатужься! — Продавец из старичков. То ли Александр, то ли Алексей.

— Я тебя щаз самого поднатужу за уши!

— Мужики, кончайте лаяться! Мы уже опаздываем, — заявил новичок, глянув на часы.

— Без нас не начнут, — уверенно заявил Виктор.

— А завтра нельзя доделать? — настаивал новенький.

— Доделать можно всё, в том числе, и завтра. Но эта модель стоит на доставку по «Мегадрому». И если к приходу машины велик не будет собран, Ромка мне мозг вынесет, а потом Мегадрыну настучит.

— Да, был нормальный чел, — согласился Алекс-дальше-черт-его-знает, — а как стал отвечать за нет-шоп, вконец ссучился. Большим начальником стал, однако!

— Знаешь, это чтобы на тебя п-пожаловаться, — затягивая гайку, рассуждал Виктор, — нужно сначала найти где, потом — чем, а потом еще собственноручно, при тебе же, написать. А у него на любой косяк сразу комментарий. По отзывам и зарплата.

— Я, кста, слыхал, нам теперь деньги тоже по-новому платить будут.

— В баксах, что ли? — хмыкнул новичок.

— В тугриках! — фыркнул кладовщик.

— Сами вы тугрики! Всё сложно будет: аттестация плюс процент от продаж и что-то еще…

Да, сарафанное радио быстро работает. Андрей всего пару дней назад предварительно обсудил с главбухом потенциальные изменения.

— Фигня! — авторитетно заявил Виктор.

— Почему?! — воинственно воскликнул Алекс.

— Это же Мегадрын! Побухтит, покипит, месяца два-три подвиги посвершает и забудет. Опять же, кто и как будет «аттестацию» проводить? Он сам? Да он негру в пустыне снег не продаст!

— Что, язык плохо подвешен? — поинтересовался новенький.

— Не, прибьет, задолбавшись объяснять, что это такое.

Работники рассмеялись.

— Так что наше дело маленькое, — продолжил кладовщик, — улыбаемся и машем, улыбаемся и машем… Нас всё устраивает, мы всё поддерживаем. А там, глядишь, и рассосется. Всё, кончил!

— Ну, наконе-ец-то! — прогнусавил новенький. — Давайте в темпе!

Троица ушла из поля видимости, а Андрей завис, обдумывая услышанное.

Одно дело — ржать над собой, и совсем другое — когда то же самое делают подчиненные. Четыре-ноль в пользу Танечки. Точнее, Машеньки. Как ни горько признавать, в ее ресторанном спиче была изрядная доля правды. Может, и в рассуждениях об оргкультуре смысла несколько больше, чем кажется на первый взгляд? И вообще, пора обратиться к профессионалу. Вереин взял телефон и открыл смс-ку, в которой были указаны данные нового руководителя курсовой. Там значилось: «Рябова Галина Олеговна».

Жизнь продолжается, удивленно думала Маша. Какими бы ни были ее личные потрясения, на окружающем мире они практически не отразились. Планета с оси не сбилась, полюса не сменились, земля не разверзлась. На вконтактовской студенческой страничке местных сплетен и слухов «звездные» фотографии обсуждались целых два дня. Среди комментариев отметились те, кто был осенью на велодроме, прошлись и по Галке с Валерой. Девочки пищали от восторга, что Залесский ныне свободен и сезон охоты открыт. Мегадрону досталось меньше всех, из чего Маша заключила, что сошедшие с небосвода звезды быстро забываются. Поклонники памятью не страдают. Уже на третий день Госпожа Сессия оттянула внимание на себя. «Зверства» преподавателей («Вопрос на тройку: какой предмет сдаете? Вопрос на четверку: как меня зовут? Вопрос на пятерку: какого цвета учебник?» — «Вот валит, гад!») занимали обучающихся гораздо больше, чем их сомнительные романы. Несколько раз Горская замечала, что коллеги, о чем-то судачившие ранее, замолкали, стоило ей зайти на кафедру. Но… сессия. Сессия минимизировала моральный ущерб. Пустые коридоры и аудитории не способствовали «эффекту мультипликатора» слухов. А впереди были еще каникулы, на время которых вуз вымрет. Мама зря беспокоилась о том, «что станет говорить княгиня Марья Алексевна».