Онлайн книга «Женщина: взгляд изнутри»
|
Сама рукодельница, пойманная с поличным, быстро подошла к месту преступления, чтобы замести следы. — Очень секретное хобби, — хмыкнул Змей. — А где… — он обвел рукой пространство, — персональная творческая выставка? — Нетути выставки. — А кудати она туту? Или ты их знакомым детишкам даришь? — Ну, можно сказать и так… — А этого пса неизвестной породы для подружки шьешь? — Котькиного детёнка и без меня под подарками погребут. — Значит, для меня? — Тоже мне младенец… — Жалко, да? — Жалко. Знаешь, сколько здесь работы? Ты сколько сосисок съешь? — попыталась она перевести тему. — Четыре. А кому не жалко? — обиделся Женька. Лиза, с преувеличенной старательностью закрывая шкатулку с нитками, пуговками, шнурочками и прочими швейными приблудами, проговорила: — В детский дом я их отдаю, доволен? — А стыдиться-то тут чего? — не понял Змей. — Этим вроде как гордиться нужно. — Вот если бы я хотя бы одного ребенка оттуда взяла, тогда да. Тогда можно было бы гордиться. А я от них трусливо откупаюсь. — А трусость-то здесь причем? — При том, что трушу. И взять — трушу, и даже играть с ними трушу. Понимаешь, к ним подходишь, а они смотрят на тебя… С надеждой. Говорят: «Ты моя мама?» А те, кто постарше, уже без надежды… Знаешь ощущение, когда боишься щенка на улице погладить, потому что он потом за тобой побежит? Ты же его домой брать не собираешься… — А почему не собираешься? — Ну, мало ли какие у них отклонения… Физические, психические… Нормальные мамки своих детей редко оставляют. Хотя думаю, если бы у меня такой родился, не выставила бы вон… Но одно дело свой… Короче, трушу я. Нечем тут гордиться… — Деньги туда же? — понял Змей. Лиза пожала плечами. — Пойдем, кормить тебя буду, — закрыла она тему. — Давай. Заодно расскажешь, как у вас все прошло, — поддержал ее Женька. — Да что там рассказывать,›- ответила Лиза, раздевая сосиски и бросая их в кипящую воду. — Все было в точности, как задумано. Нигде не задерживались. Все заявления Олеся еще вчера заполнила, пошлину я прямо с утра в банке оплатила. — Дорого тебе обошлась эта спасательная операция? — Мне? Даром. У нас же Алексей Михайлович душевную щедрость проявили-с. — Да ну?! — Ну да, — Лиза в лицах пересказала знаменательный разговор своей коллеги с тем уродом. Женька посмеялся, но где-то в душе у него шевельнулась жалость к несчастному. — Так он в понедельник приехал доказывать, что и сам спонсор ого-го! Короче, за вычетом реальной стоимости лекарства и расходов на документы, нашей девочке еще десять штук на приданое осталось. Не много, конечно, но на билет, думаю, хватит. — А билет куда? — Не знаю. И знать не хочу. Так надежнее. Я рассказала историю хорошей знакомой из общественной организации по вопросам домашнего насилия. Она обещала помочь. — Так я мог и не дергаться по поводу документов? — огорчился Женька. — Нет, как раз твоя помощь была просто бесценна, — полила Ведьма бальзам на израненное эго. — На самом деле они с такими запущенными случаями не сталкивались. Поэтому за идею по поводу паспорта поблагодарили и взяли ее на вооружение. — Обращайтесь, — удовлетворенно заметил Змей, и вспомнил о более насущных потребностях. — Ну где уже там еда?! Поздний ужин был первой нормальной едой за день — перекусы не считаются, так что Женька окончательно преисполнился благодушием и даже был готов на подвиги. Сексуального характера, разумеется. Хотя еще полчаса назад ему казалось, что для счастья ему нужны только пачка пельменей и диван. Ан нет! К дивану бы еще Ведьму неплохо было приложить, как выяснилось… Хотя, Женька и сам бы не отказался приложиться, отдав инициативу в надежные Лизины руки. Однако оставался один вопрос, который нет-нет, да и вылезал в сознании, причем в самый неподходящий момент. |