Книга Брендинг как сексуальное извращение, страница 41 – Светлана Нарватова

И когда десятого он получил по почте оставшиеся документы и акт выполненных работ, он ничуть не удивился и безропотно его подписал.

А что ему еще оставалось?

Тимур женился рано, еще на шестом курсе. Лёлечка была воплощением его грёз: миловидная, большеглазая девушка с косой до пояса и грудью четвертого размера. Лелечка могла часами его слушать, восхищаясь его целеустремленностью и умением добиваться своего. Она-то и на свой ФГС пошла только потому, что туда было легче всего поступить. Домашняя, тихая, послушная — что еще нужно для идеальной жены?

Вскоре Тимур понял, что: отсутствие тещи. Заявившись в их малосемейку, полуторацентнеровая «мамочка» сразу стала перечислять молодожену, что приличный муж должен приобрести в дом, чтобы туда было не стыдно гостей привести. Тим на заре туманной юности был не столь силен в сдерживании темперамента и сказал «мамочке», куда та может идти со своими советами. После этого в их молодой семье случился первый настоящий скандал. Лёлечка потребовала, чтобы Тимур никогда, НИКОГДА больше не говорил так с мамочкой. Папа себе никогда такого не позволял!

Вторая крупная ссора случилась тогда, когда Тимур отказался остаться в институте. Интуиция уже тогда его не обманывала, и только вставший на крыло врач понимал, что на аспирантскую стипендию особо не проживешь. Особенно, когда и стипендию начали задерживать. Но Тимур к тому времени уже успел прибиться к Реабилитационному центру, который давал стабильный кусок хлеба.

Лелечка же никуда не прибилась и, как догадывался Тим, прибиваться не собиралась. Вслух она объясняла свое сидение дома кризисом, отсутствием работы, ну и так далее. На предложение поработать не по профилю Лелечка разве что в обморок не упала.

Собственно, Тимура не особенно напрягало то, что его жена не работает. Он умудрялся помогать еще и родителям с двумя младшими сестренками. Его раздражал вечный бардак дома и то, что ужин приходилось выбивать чуть ли не матами. Квартира (уже полноценная однерка) нуждалась в ремонте, но Леля лишь разводила руками — она же не умеет… Истинный смысл этого «неумения» однажды ему раскрыла сестренка, тоже обзаведшаяся в эти непростые годы — по залету — семьей. «Если ты хоть однажды покажешь мужику, что умеешь держать молоток в руках, — учила золовку Тимина жена, — всю оставшуюся жизнь так и будешь сама гвозди забивать». Тимур после этого был очень близком к тому, чтобы поднять на супругу руку.

Тем временем в его жизни появился Тяжелков. Однажды тот пригласил Тима с женой в ресторан. И Тимур понял, что не хочет вести туда Лёлю. Ему элементарно было стыдно. От спокойной жизни выступающую грудь Лели стал нагонять животик. Родные намекали на прибавление в семействе, но Тим уделял слишком много внимания вопросам контрацепции.

Вот тогда Тимур, воспитанный в семье, где Семья всегда была одна и на всю жизнь, впервые задумался о разводе.

Словно почуяв шаткость своего положения, Леля начала борьбу за сохранение их ячейки общества. Правда, специфическими методами: устраивала истерики, если он задерживался, лишала секса при подозрении на измену… Самым любимым из всех методов борьбы — разумеется, для Тимура, — был демонстративный бойкот. Короче, терпение Тима иссякало. Последней каплей стал случай, когда он застал Лелю за попыткой проспринцеваться спермой из презерватива.