Книга Смерч навстречу. Даром, страница 32 – Светлана Нарватова

Но когда они вошли внутрь, девчонка на мгновение бросила взгляд на игровые причиндалы, и на ее лице мелькнул такой животный ужас, что у Паши возникло желание тут же развернуться и выйти. Однако буквально в следующее мгновение ее лицо расправилось. И Кощей потянул ее к витрине с ролевыми нарядами. Нет, не потому что передумал. А потому что она очень хотела, чтобы страх был незаметен. Выдать ее провал было бы жестоко по отношению к ней. Конечно, никто ничего не заметил. И они приехали, чтобы выбрать домашнюю одежду. Ну вот горничной, например. Или медсестры. Поляков даже был готов поддержать шутку про клизму. Он был готов шутить о чем угодно, только бы не выдать своего желания убить того, кто это с ней делал. Что бы тот мудак с ней ни делал.

Посещение магазина Паша ограничил по минимуму, выбрав по итогу нейтрально-откровенную комбинацию.

— Где будем есть: дома или в каком-нибудь кафе? — спросил он, когда завел машину.

— Я не очень люблю общественные места, — неожиданно призналась Даша, глядя в боковое стекло.

— Тогда домой. — Автомобиль тронулся с места. ‑ Если проголодалась, можно заказать доставку или купить какие-нибудь полуфабрикаты, чтобы не ждать. Или купить готовое. — Кощей на мгновение оторвался от дороги, бросил взгляд на Дашу и констатировал: ‑ Проголодалась. Доставка или готовое из супермаркета?

Она не стала оспаривать выводы. Просто пожала плечами:

— Если честно, мне неважно.

— Но… — Это прозвучало где-то на заднем плане. Очень тихо, но было.

— Но если тебе действительно не все равно, то я бы предпочла выбирать из того, что вижу.

— Заметано.

Кощей не любил то, что было принято называть «собственной продукцией супермаркетов». Химические привкусы, несвежие продукты, сомнительная гигиеничность. Но, случалось, ел. Когда совсем было лень готовить. Поэтому был готов потерпеть. Даша стояла у витрины, и чувствовалось, что она колеблется с выбором.

— Можно, я заплачу? — на всякий случай поинтересовался Поляков.

Девчонка молча кивнула. И взяла примитивную пюрешку с гуляшом и овощной салатик. В другой ситуации Паша, может, высказался бы на этот счет. Но тут промолчал. И тоже не стал выпендриваться.

Потом они поехали домой. Демократичность Кощея исчерпалась. Он не был готов давать Даше выбор, кто и куда едет. Они поели разогретую в микроволновке пищу, и Паша попытался вызнать, что же из еды предпочитает его гостья. Сытость развязала ей язык, удалось даже непринужденно поболтать, не скатываясь в тему нужды. Когда тарелки опустели, Кощей убрал со стола, а Даша вызвалась помыть посуду. Запускать посудомойку ради нескольких тарелок и вправду было глупо.

— Ну что, пошли смотреть телик? — предложил Паша.

— Если надо… — смирилась Дарья.

Поляков был готов и сразу в койку. А потом смотреть телевизор.

Но, с другой стороны, настроение было не очень. Дашина реакция на сексуальные девайсы, будто это орудия пыток, а не удовольствия, его не поднимало. Таинственность и неопределенность вокруг девчонки — тоже. Все это будило раздражение и настороженность, а не влечение.

Паша устроился на диване, по привычке раскинув руки на спинке, и показал головой на место рядом с собой. Даша присела сбоку, невесомо прижимаясь бедром. И Павел подумал, что они раньше никогда не сидели рядом просто так. По-человечески.