Книга Кошки - Мышки, страница 172 – Светлана Нарватова

Сбоку платья вжикнула молния, но Костя внезапно отстранился, отпуская Киру, и прижался лбом, тяжело дыша. Дает ей шанс передумать. Зачем? Зачем все эти игры в благородство? Может, пора уже закончить? И прекратить эту мучительно-сладкую пытку, которую Кира потом будет вспоминать долгими одинокими вечерами. Она потянула задранное почти до самого «хочу» платье вверх и бросила его на тумбу в прихожей. Если Костя и этого намека не поймет…

Костя понял. Он поднял ее на руки, отнес в темную спальню и уложил на кровать. Широкую, такую, кровать. Явно рассчитанную не на одинокие вечера. Эта мысль царапнула изнутри. Хотя, боже, какая же глупость сейчас ревновать… Костя бросил свою футболку и со стоном притянул Киру к себе и под себя. Он целовал ее лицо, шею, плечи… Избавив от ставшего лишним бюстгальтера, принялся за грудь. Какая к черту грудь! Кира и так уже была готова на всё и прямо сейчас, она извивалась, раскрыв колени, ловя тем местом, где давно было пора, ту часть, которой там не хватало, но Костя всё медлил… Тогда Кира вновь взяла дело в свои руки. В прямом смысле этого слова, стянув его штаны (и правда, никаких трусов) и проведя рукой по шелковистой коже члена. Костя снова застонал, толкаясь в ее руку. Но не-е-етушки! Не сюда. Она сняла последний бельевой оплот на кровати и притянула Костю к себе.

— Кира, — почти жалобно прошептал он ей в ухо. — Кира, что ты со мной делаешь… Я так не могу.

Хрена себе! Не может он. Да это она не может. Кира притянула его за бедра, направляя в себя. Костя выдохнул стоном, погружаясь до самого предела. Выныривая. И вновь погружаясь. И вновь. Заполняя ее не только физически, а просто… всю. Темп ускорялся. Ласки становились всё более отрывистыми, но такими… умопомрачительными. В прямом смысле — сознание Киры перешло в бессознательное состояние, омывая волнами чего-то очень важного, очень нужного, того, чего так и не хватает… ну, еще чуть-чуть… Капельку… И чистейшее наслаждение окатило Киру с головы до ног, заставляя кричать в полный голос. Костя поймал ее крик поцелуем, но практически следом почти до боли сжал ее за бедра, и замер, шумно выдохнув. А потом повалился сверху, обжигая горячим тяжелым дыханием.

Они лежали молча. Костя — вороша ее волосы. Кира — размышляя о том, что свой вклад в общий колхоз Шеф так и не сделал, и презервативом не воспользовался. Радовало только то, что дни были безопасными, и месячные должны были начаться практически «вчера».

— Я в ванную, — шепнул Костя и оторвал себя от кровати. Сразу стало холодно и одиноко.

Однако стоило ему открыть дверь в освещенный коридор, он резко развернулся.

— Кира, ты… — Шеф смотрел себе на… то самое место и в его голосе слышался такой неприкрытый ужас, что Новикова и сама испугалась. Что она там такого натворила?!

Она скатилась с постели и чуть не рассмеялась, разрываясь между комизмом ситуации и неловкостью. На постели темнели пятна. Ура, вроде как. Контрацепция окончательно потеряла актуальность. А Костя убежден, что лишил ее невинности. Какая идеальная возможность отомстить. Сыграть на чувстве вины… Кира печально хмыкнула про себя. Она подняла трусики и, проходя мимо Шефа, сказала:

— Это совсем не то, что вы подумали.

Новикова подобрала в прихожей сумочку, в которой всегда на случай ядерной войны лежал резервный пакетик и направилась в ванную. Справившись с одной критической ситуацией, она пошла создавать другую. По дороге кстати нашлось платье, так что Кира вернулась в спальню во всеоружии.