Книга Звездный Июль, страница 46 – Светлана Нарватова

В комнате было неожиданно темно.

Ещё большей неожиданностью для меня стало то, что я испытала острое разочарование. Оказывается, где-то глубоко в душе я питала надежду, что, несмотря на все мои уловки, маэстро дождётся.

Я добилась своего.

И надо этому радоваться.

Но почему-то не радовалось. Почему-то лучше всего радоваться у меня получалось, когда рядом был Хогер.

Я добрела до кровати, села на край, снимая мягкие домашние туфли, и… осознала, что на кровати кто-то есть.

Этот кто-то самым наглым образом оккупировал мою постель! И дрых у стенки, тихо посапывая.

Меня разрывали самые противоречивые чувства. Самым правильным сейчас было разбудить Хогера и послать его к нему.

Но, с другой стороны, он и так у себя.

А если я его разбужу, то, не факт, что выгоню.

Я зевнула.

Хотелось спать.

Пойти спать к нему?

Но, во-первых, его спальня  может запросто быть занята Розалиндой Спот, и как я буду объяснять появление в спальне маэстро среди ночи, большой вопрос. Потому что правдивое объяснение – потому что он спит в моей кровати – тоже выглядело весьма… эпатажно. Во-вторых, если репортёрши там нет, то не воспримет ли мой наниматель меня в своей кровати как приглашение?

И согласие?

В общем-то, он всё воспринимает так, как хочет, а не так, как на самом деле. И с этим, увы, ничего поделать невозможно. Поэтому какая разница, где он воспримет меня как приглашение: у меня на кровати или у него? Или в грим-уборной? Где ему шлея под хвост попадёт?

А мне хотелось спать у себя.

Пусть я была знакома со своей кроватью всего одну ночь, но это была лучшая ночь в моей жизни! И я была не намерена отказываться от неё только потому, что у кого-то открылась патологическая боязнь репортёрш.

На этом я и порешала.

Тихонечко пристроилась на свободную половину кровати – прямо в халате поверх ночной сорочки. Мне даже покрывала оказалось не нужно, потому что Крис был как печка.

Я ещё раз зевнула, немного поёрзала, устраиваясь поудобней.

И уснула.

Грейс

…Мы шли с Крисом по летнему лугу.

Держались за руки и смеялись, будто старые друзья. На душе было тепло, легко и радостно. Голова шла кругом, и хотелось танцевать.

Словно угадав мои мысли, Крис подхватил меня на руки и закружил. Всё вокруг замелькало, будто в детстве на каруселях. Только глаза Криса оставались неподвижны. В самом центре этого безумного мира. И в них отражалась я. Совсем юная, ещё девчонка.

А потом он меня поцеловал.

Это был очень нежный, трогательный поцелуй. Крис, словно боясь отказа, чуть коснулся моего рта своими губами. Я совсем не таким представляла себе поцелуй Криса Хогера, звезды, кумира и ловеласа.

Но это было волшебно! И сладостно.

Сердце трепыхалось в груди пойманной пташкой.

Будто этот поцелуй мог дать ему свободу.

Я запустила пальцы в его шевелюру, которую развевал игривый ветерок. Волосы были, какими я их помнила: мягкими и нежными… Он застонал, и я…

…проснулась.

Я точно помнила, что ложилась спать рядом с нанимателем.

А обнаружила себя в его объятиях.

Маэстро прижимался ко мне со спины, и через тонкую ткань халата я ощущала, что к моим ягодицам прижимается его возбуждённое естество.

Шеи невесомо касались его губы.

В голове была вата, и сон сплетался с реальностью. Голова кружилась, а сердце стучало как сумасшедшее. Я с трудом могла пошевелиться.