Книга Таксидермист, страница 45 – Андрей Северский

— Орган?

— Функционален. Два наружных проводящих канала повреждены, но внутренний накопитель и зеркальные мембраны целы.

— Контейнер?

— Наружный слой рассечён на участке шестьдесят четыре сантиметра. Две фиксационные ленты потеряны. Герметизирующий контур не замкнут.

— Станина?

— Вы держите её половину в руке.

Посмотрел. Действительно держу. Отбросил обломок в сторону.

— «Шёпот»?

— Осталось два боеприпаса с шоковым гелем.

— «Вдова»?

— Рабочий газ практически израсходован. Остатка с трудом хватит на короткий импульс.

— Дротики?

— Два корпуса под нейропарализатор по-прежнему не активированы.

Список становился крайне неприятным.

Снял со стены первый прибитый хирургический дрон.

Кинетическая игла прошла через корпус, но часть памяти могла сохраниться. Как оказалось, не сохранилась.

— Стерильная очистка при потере канала, — сообщил Архивариус. — Основной буфер уничтожен. Идентификаторы производителя удалены.

— Маркировка?

На внутренней стороне одной опоры обнаружилась крошечная гравировка.

Не серийный номер. Три крючка вокруг пустого круга. Клешня-дом.

— Совпадение с оборудованием «Костяного Венца»?

— Символ используется несколькими подрядчиками картеля. Прямая принадлежность конкретному дому не доказана.

— А голос?

— Девяносто четыре процента соответствия Брокк-Тару.

— Достаточно.

Убрал устройство в пустой кофр. Экстракционный модуль был слишком велик, чтобы тащить целиком. Снял его инструментальный блок и блок связи. Память там тоже оказалась выжжена. Зато остался физический материал. Материал врал куда хуже разумных существ.

Обследовав «добычу», вернулся к Змею.

Стекольщики уже работали на месте чужого пореза. Один тянул прозрачную нить поперёк царапины. Второй очищал край. Призменные блохи снова забрались под пластины.

Организм ремонтировал последствия моего контракта, чужой жадности и общей экономики. Универсальная биология.

Насколько смог, поправил контейнерную оболочку. Закрыть её полностью теперь было невозможно. Можно было лишь наложить временную заплатку. Но заплатка не решала главное.

Даже исправный контейнер не поднимал семь целых шесть десятых тонны. Станина окончательно умерла. Две фиксационные ленты потеряны. Кинетических боеприпасов нет. Конкуренты знают точные координаты. И где-то неподалёку находились существа, которые уже один раз дождались, пока я сделаю за них работу.

— Время до вероятного выхода седации из глубокого диапазона?

— При текущем метаболизме от пятидесяти четырёх до восьмидесяти одной минуты.

— Большой разброс.

— Организм пережил дополнительную стимуляцию и поддерживающее введение. Точнее предсказать не возьмусь.

— До «Кокона»?

— Восемь километров по поверхности плюс текущий путь к выходу.

— Как добраться со Змеем?

Архивариус промолчал.

— Мне нравится твой ответ.

— Я его ещё не дал.

— Именно.

Сел на полоз. Змей лежал рядом, занимая половину тоннеля и большую часть моих дальнейших решений.

Поймал и обездвижил. Сохранил орган. Отбил чужую попытку разделки.

Технически всё шло хорошо. Оставалось только невозможное. Вывезти добычу.

Я посмотрел на семь с половиной тонн прозрачного тела.

— Архивариус.

— Слушаю.

— Теперь посчитай, как заставить это двигаться.

Пауза длилась три секунды.

Для него — почти вечность.

— Вам не понравится.