Книга Бледная звезда. Том 1, страница 21 – Сергей Горбонос

Скрежет открывающихся дверей был хорошо слышен в неожиданной тишине. Как и тихие шаги приближающегося гостя:

— Да, скарабеев сложно назвать гуманными. Раздражительность, агрессия, неадекватное мышление, потеря контроля — из тени узкого входного коридора показался Александр. Он неспешно шел, осматривая лежавших на полу мужчин — Но, учитывая всю кровь и черноту, что заставляет ваши души гнить, с вами можно было не церемониться.

Он схватил за куртку ближайшего повстанца и потащил его к центру помещения. Взглянул на замершую под вилянием импланта Мэг. Помахал ей, пытаясь понять, в сознании ли она:

— Жива и стабильна. В сознание, думаю, стоит привести… чуть позже.

А потом пошел к следующему мужчине и начал тянуть уже его:

— Уж извините, парни. У меня нет времени возиться с убийцами. Да и желания тоже нет. Нужно восстановить силы…

Четверо повстанцев сидели в центре склада. Каждый из них опирался на спину побратима. Некоторые пытались прийти в себя, что-то тихо мыча, другие едва слышно дышали. Но вроде бы, все четверо оставались живы, пока что. Чуть в отдалении, на стуле, по-прежнему сидела парализованная Мэг. Александр проверил ее состояние здоровья и убедившись, что оно стабильно, пока не трогал девушку. Были дела важнее. Сильно важнее.

— Мда… После моего возврата в этот мир, количество людей, у которых руки по локоть в крови, заставляет задуматься. Это я к чему? — Александр похлопал по плечу главу группы повстанцев. Это помогло последнему прийти в себя — Доброе утро, спящая красавица.

— Я не знаю кто ты, мужик, но это и не главное — главный тихонько рассмеялся — Тебе стоит знать только то, что ты наехал на повстанцев Глаза Демона. А это значит, что так или иначе, но ты уже мёртв.

— Повстанцы? — Александр заинтересованно присел напротив мужчины — Выглядите больше, как пиратское отребье. Даже худшее мясо культистов выглядело опрятней. Хотя, может я бы и понял стремление отдавать все в массы и ничего не оставлять себе, борясь за благополучие всех угнетенных путем массовых убийств, пока еще не угнетенных, но есть загвоздка. Понимаешь ли, когда ты убиваешь человека — это как пройти через комнату, оплетенную паутиной. Ее фрагменты остаются на тебе, на твоей душе. А вот если убить ребенка… эта паутинка начинает выжигать твою душу. Оставлять на ней крайне узнаваемые шрамы. Как раз такие, которые во множестве имеются на твоей душе. И душах твоих подчиненных. Так что, чтобы ты сейчас не сказал, в чем бы не пытался меня убедить, я уверен, что не найдется аргумента, что перевесит жизнь ребенка.

— Ты псих…

— Нет. Просто вы вели слишком ублюдочную жизнь, а я слишком… голоден, чтобы быть с вами толерантным. Поэтому, просто наслаждайтесь.

Александр быстро отошел на пару шагов и резко поднял обе руки вверх. Его силуэт тут же вспыхнул холодным, серебряным огнем. Когда же он начал плавно опускать руки, дорожка огня стала двигаться от его фигуры в сторону повстанцев. Пара мгновений и одно касание. Всего небольшой участок огня достиг цели и все четверо мужчин, подобно напалму, вспыхнули ярко и обильно. Только огонь был бело-серебряного цвета. Но это не мешало причинять людям невероятные мучения. В сознании или нет, в одно мгновение они забились в агонии и беззвучном крике. Пламя лишь усиливалось, превратив 4 фигуры в один сплошной столп огня и света. А потом, в едином порыве, вся эта сила некроэнергии ударила назад в Александра. Он пошатнулся, но энергия стала впитываться во все еще направленные на повстанцев руки. В ходе этого процесса, на видимой части кожи рук начали проявляться блестящие, металлические узоры в виде ветвей дерева.