Книга Препатч, страница 112 – Сергей Горбонос

— Я думаю никто не будет возражать… — девушка подошла к друиду, отдавая посох ему. Тот аккуратно перехватил древко и посмотрел на остальных. В этот момент посыпались системные сообщения, говорившие о том, что остальные члены группы отказались от трофея. Судя по улыбавшимся лицам парней и Торна, так оно и было.

*Обладатель трофея определен. Посох ледяного спокойствия назначен трофеем игрока Вереск. Привязка к персонажу произведена*

В этот момент радостная улыбка друида изменилась. Она из беззаботной стала какой-то кривой и натянутой. Он медленно опустил голову, глядя на посох в своей руке и почти выдавил из себя слова:

— Постойте. Это что… персональный предмет?!

Небольшая надпись в окне характеристик посоха не давала иных вариантов трактовки. Она без обиняков гласила Персональный Предмет. Получалось, что не то, что пользоваться, а банально владеть данным оружием и всеми его вторичными умениями мог только один игрок. И этим игроком был друид.

После смерти шамана у группы появилось некоторое время. Время на обдумывание дальнейших действий и исследование полученных трофеев. Хотя, если по-честному, исследовать там особо было нечего.

— Богатая, дорогая добыча— Диана крутила полученные от шамана трофеи. Это было ожерелье. Множественные природные камни, пусть и были не обработаны, но даже в таком состоянии выглядели дорогими. Правда на этом полезные свойства данного украшения заканчивались — Добыча богатая и совершенно бесполезная. Максимум, что можно с ними сделать — это отнести к игровому торговцу и обменять на золотые монеты. Получится прилично.

— Разве не в получении ценного трофея суть охоты и стремление охотника? — к перебиравшей в руках бусы шамана девушке подошел Торн — Или ты считаешь ценность сего трофея недостаточной?

— Да нет — охотница спрятала многострадальные ожерелье в свой инвентарь — Не пойми меня превратно — это дорогой трофей. Я не жалуюсь. Но ценность не всегда основной показатель. Стать сильнее, приобрести новые навыки и знания — это для меня важнее в охоте. Но сейчас нет чувства превосходства над противником. Нет того ощущения, словно ты стал чуточку лучше, сильнее, опытнее. Я анализирую бой и понимаю, что, если бы Вереск не присоединился к общей «свалке», шаман нас бы всех просто заморозил. Ладно, парни, их уклон не бой, а исследование, но мы с тобой! При этом я была самой бесполезной.

Инквизитор перед тем, как ответить, приготовился. Принял героическую позу, возвел взгляд к небу. Упер оружие в землю, а сам оперся на щит. Причем на щите стали плясать легкие язычки огня, заставлявшие шипеть и таять ближайший снег. Создавалось ощущение, словно они находились у камина:

— Не кори себя. Мы все потрудились отменно. И ты в первую очередь. Поверженный враг служит тому доказательством. Твой деморализующий «кусь» оказывал массовое, полноценное влияние. Я видел боль и агонию в глазах тролля, когда ты атаковала. Твой кусь стал тем бочковым кирпичиком, что стал в основе нашей общей победы!

Диана ненадолго улыбнулась:

— Мое почтение. Получилось действительно пафосно. Я почти поверила. Возможно… — с некоторой долей сомнении в голосе произнесла Диана — Возможно… я сама не верю тому, что говорю, но… он мог действительно в какой-то степени помочь. Теоретически.