Книга Сложности классической некромантии 1, страница 49 – Сергей Горбонос

Холод. Страх. Прожигающий душу ужас. Давно позабытый ими взгляд с «той грани». Только холод и страх сейчас чувствовали оба эльфа. Анариль даже не пыталась вмешаться. Она отошла еще дальше, обхватив торс руками, в попытке то ли согреться, то ли защититься.

Кельдир выглядел и того хуже. Он беспомощно шарил руками по земле в попытке сориентироваться. Кажется, эльф больше не мог ничего видеть. Так и было:

— Снова. Этот голод возвращается. И тьма. Я опять… ничего не вижу…

— Конечно. Ведь эта сила не нужна тебе, Кельдир. Я лишь забираю дарованное. А к тебе вернется твой привычный, родной и любимый голод, эльф. Все будет так же, как и в тот раз. Сразу зрение. Потом слух, потом обоняние и осязание. Ты вернешься в свою тьму. Ведь она, по-видимому, для тебя намного лучше проклятой некромантии — некромант наклонился к уху слепого эльфа и прошептал — Когда ты снова станешь тем голодным животным, что я увидел при первой встрече, я не трону тебя. Ты будешь скитаться так же, как и до этого момента. Обновленного ядра хватит еще не на один год такой жалкой жизни. Так вот знай, любой эльф, человек или другой разумный, что твой голодный загнивающий разум воспримет как жертву, все они, будут на твоей совести Кельдир. Виноват лишь ты и твое тщеславие. Прощай. Ты оказался не самым достойным эльфом.

Некромант отвернулся и хотел было подойти к Анариль. Он сделал шаг в ее сторону, как за вторую ногу его схватила трясущаяся рука Кельдира.

— Я не хочу так…

— Хочешь Кельдир. Ты сам только что так громко и пафосно об этом заявил. Это все лишь последствия твоих решений. Решения, Кельдир, они всегда имеют последствия. Для тебя и остальных. Такова жизнь. Прощай.

Давление страха ослабло. Холод постепенно отступал. Александр хотел уйти, но сжимающая его ногу рука лишь стала тверже. Некромант не стал использовать силы. Он словно чего-то ждал. Сам же Кельдир попытался сесть в более-менее аккуратную позу, но получилось лишь на колени. А потом он отпустил ногу человека. Медленно, насколько хватало сил, поклонился. Так глубоко, что чело эльфа ударилось о землю.

— Я… прошу тебя. Дай мне эти силы. Я не хочу вредить своему народу, я хочу помочь ему. Молю тебя, помоги и я принесу тебе клятву верности. Это будет моей платой. Я понял… понял твой урок. Лучше так, чем бегать куском голодного мяса по мертвым землям.

— Твоя верность — это обуза. Но мне интересно — некромант опустил руки на плечи по-прежнему склонившегося эльфа. Легкая серебряная рябь окутала тело Кельдира, а потом стала концентрироваться в районе его груди, пока не впиталась в тело рейнджера — Окажутся ли твои дела громче твоих слов? Мне любопытно узнать, насколько ваш народ чтит сказанные ими же слова. И не путай больше дары и проклятья, Кельдир. Ведь проклятья никому не хочется вернуть, в отличии от даров.

Когда эльф поднялся на ноги, на Александра смотрел все тот же, переполненный силой рейнджер. Бледное, серебряное лицо и горевшие алым глаза. Но в этот раз взгляд этих глаз сильно отличался. В нем страх был смешан с уважением.

— Проклятия не хочется вернуть… — тихо прошептал эльф.

— Кельдир, сколько эльфов еще осталось в сторожке? — Анариль решила не акцентировать внимание на этом инциденте, попытавшись сразу принять деловой тон.