Книга Тихая жизнь. Книга первая, страница 79 – Сергей Горбонос

У стены, прислонившись, стояла одна из стражей. На этот концерт она смотрела со злой иронией. Это читалось в ее взгляде. А легкая полуулыбка и вовсе дополняла этот образ затаившегося, недовольного хищника, делая пятачок вокруг и вовсе безжизненным. Никому не хотелось оказаться сейчас в зоне ее внимания, или, упаси. Боже, неудовольствия.

— Здравствуйте — тихий голос за спиной разорвал задумчивость. И только на миг напрягшаяся спина девушки свидетельствовала о том, сколь неожиданным было появления рядом гостя.

— Здравствуй — на лице повернувшейся судьи мелькнуло удивление, сменившееся просто морем любопытства и чего-то непонятно-игривого — Здравствуй — повторила она, улыбаясь уже намного теплей и естественней — Ты что-то хотел… Ясуо.

— Мы знакомы?

— Мельком — девушка скрестила руки на груди, все так же продолжая подпирать стену — зови меня Елена.

Слегка удивленный и еще более внимательный взгляд парня был замечен, вызывая у девушки еще одну искреннюю улыбку.

— Так что ты хотел? — вопрос разорвал на миг установившуюся тишину. — Хотя нет, дай угадаю, тебя интересует, будет ли дисквалификация? Сейчас это всех интересует.

Судья взглянула в сторону ринга, на присевшего у его края улыбающегося парня. Ее лицо не изменилось, улыбка не пропала. Лишь сжался и тут же разжался кулак правой руки.

— Нет.

— Извини?

— Меня это не интересует. Я лишь хочу узнать, когда он этот ринг покинет. Или же наоборот. Когда я могу подняться на ринг.

— Ты — не скоро. Твоя полоса боев пока пройдена. А вот его только начинается. Так что твой первый вопрос напрямую зависит будет ли он дисквалифицирован. Если нет, в противном случае он пробудет на ринге еще прилично.

— И… будет ли дисквалификация?

— Не думаю. Вон, видишь этого смертника — кивок на продолжающего тыкать под нос директору документы, щегла — наш директор пока держится, но и его нервы отнюдь не резиновые.

— Хм, а есть чего опасаться?

— Не забывай какой школы он директор. Но мы вроде бы не о том говорили.

— Верно, не о том. Так что это за бумаги?

— Я мельком видела. В основном выписки из старых боев. Медицинские карты участников, опять же старые. Понимаешь в чем суть — в финале бои проходят куда жёстче. На то он и финал. Но и финалисты — не кисейные барышни, а опытные бойцы. Им можно позволять некоторые… вольности трактовки правил. Но не такие же! — девушка распылялась все сильнее.

Удар кулаком по стене был вроде бы и не силен особо, но звук трескающейся штукатурки… и не только штукатурки, заставлял прислушаться к словам.

— Это слишком! Так нагло трактовать наши правила о вольных сражениях. Плевок в лицо судей — глаза девушки нехорошо сузились, костяшки пальцев захрустели — Ну да ладно — и снова легкая улыбка — может и не выкарабкается.

— Значит до того, как он пройдет всех своих соперников и нас снова не перетасуют, на ринге я его не встречу?

— Да на ринге не встретишь. На ринге…

— Хорошо, спасибо, это все, что…

— Эй, Ая, постой!

Судья крикнула проходившей мимо девушке и судя по форме — такой же судье, как и она.

Та замедлила шаг, обернулась и приветственно махнув, подошла к Елене.

— Есть новости?

— Есть, Елена, и новости не очень.

— Какие?

На это девушка быстро кивнула в сторону стоявшего рядом парня, но получив в ответ кивок головы стала рассказывать.