Книга Чайный домик. Том 2, страница 78 – Сергей Горбонос

— Бред! Это мои люди. Я Ичиро давал людей для охраны. Они друг друга лично знают. Я уже молчу о том, что малой никого бы не убил. У него кишка тонка. Да и нахрена… кха… — Фудзи закашлялся. Ему стало плохо. В этот момент Окада предусмотрительно убрал рубашку, пусть она и закрыта в плотный пакет. Но через пару минут Тору стало легче, и он продолжил. — Слушай, ну нахрена ему это?

— Я твоего братишку видел. Даже соглашусь с тобой, он не выглядит, как убийца. Но теперь у меня появляется проблема, Тору. Мой начальник со мной интимные встречи чаще, чем с женой проводит. Покажи я ему эти улики, дай козла отпущения и для меня все закончится. Я буду молодец с премией и одобрением шефа. А там и судья париться не станет. Улики есть, дело об убийце закрыто. Все рады. Ты понимаешь, насколько хрупка сейчас твоя возможность помочь брату?

— А ты значит хороший, да, начальник?

— У меня есть совесть, Тору. Совесть и понимание того, что на свободе гуляет убийца. Но если ты продолжишь строить недовольную мину и задавать тупые вопросы, мой энтузиазм быстро угаснет. А это чревато резкими изменениями жилищный условий твоего брата. Понимаешь или объяснить? — Кен нависал над мужчиной, заставив того буквально вжаться в подушку.

— Дай мне рубашку. Я гляну, — наконец-то выдавил из себя Фудзи.

— Эта вещь не только улика против твоего брата, но еще и единственная улика, что может того спасти. Надеюсь, глупостей не будет?

— Нет.

Тору Фудзи взял в руки протянутый пакет и аккуратно его открыл. Достал рубашку. Уже с первых секунд удивленно попробовал ткань на ощупь. Потом глянул на воротник и бирку на нем. Довольно хмыкнул и вернул пакет следователю.

— Это не рубашка малого. Она на два размера больше, чем у него.

— Аргумент, Тору, но судье все равно, жмет обвиняемому новая рубашка или свободненько висит. Так что аргумент, но слабенький.

— А еще она ненатуральная. Тору синтетику носить не может. Сразу раздражение по всему телу. Я ему беру только натуральные рубашки. Отдельно от всех закупаю.

— А остальным такие берешь?

— Ну да. Думал сразу, чтобы каждый сам себе брал, но эти дебилы вечно то порвут, то постирать забудут. А грязным и вонючим к клиентам пускать нельзя. Мои поросята примерно одинаковые, потому держу запас формы, в том числе и таких недорогих рубашек.

— Кто-то имел доступ к твоему дому, Фундзи. Убийца вхож в твой близкий круг знакомых и подставляет твоего брата Тору. Значит, говоришь, рубашка не его. Хорошо, Фудзи. Давай вспоминать и думать. Времени у нас с тобой полно, так что может что и вспомнишь еще. Рубашки, одежда. Зуб на тебя. Все, что можешь. Вспоминай, Фудзи!

— Да что тут вспоминать, Окада⁈ Не ори на меня, знал бы, сказал. Я ради брата все сделаю. Но в столице я никого не знаю. Контактировал только с Ичиро. Только Чиба! — Сказав это, Фудзи на мгновенье замер. Он медленно повернулся к следователю и куда тише произнес. — А ведь не только. Иногда Ичиро был занят. И тогда ко мне приезжал его брат. Очень редко, но! Да, Чо тоже мог знать!

Глава 21

Пицца — неоднозначная еда. Неоднозначность ее заключается в том, что она способна насытить не хуже плотного обеда, но при этом съедается за считанные минуты. Даже в большой компании. Особенно в компании, во время жарких обсуждений.