Книга Чайный домик. Том 4, страница 123 – Сергей Горбонос

— Так… Значит все-таки Син убил Арчи? — Вопрос Мико заставил остальных отвлечься от чаепития и повернуться к Кену. Окада же… не выглядел, как человек, знавший ответ наверняка.

— Вероятнее всего, да. Других вариантов просто нет. Будучи тестовой версией, нейронка могла вести себя совершенно непредсказуемо. Именно Син отвечал за устранение неполадок и «зачистку хвостов». Ты же сама мне говорила, Мико, что заметила, как снизилась активность использования нейросети после смерти Сина. Генерал хитрый лис, но он не разбирался в ней на таком уровне, чтобы взламывать системы и путать следы. Все работало только при помощи «костылей» Сина.

Судя по лицу Мико, ответ ей совершенно не понравился. Диалог подвис в неловкой паузе. Паузе, которую постарался разорвать Ясуо:

— Хорошо, но зачем ему эта эпопея с моноблоками? Я могу понять мотивы нашего устранения. Но не могу сообразить в чем необходимость возврата, а не уничтожения моноблоков Сина.

— Я бы назвал это профдеформацией. Или трепетно взращенной паранойей. Кадзухиро все переживал, что Син мог как-то изменить его нейронку. Или усовершенствовать. Или еще что-то. Для него было важно все проверить и сохранить его версию, ведь только та, что на компьютере в доме генерала, и та, что записана на моноблоки Сина, имели контрольный код. Все остальные копии можно было отключить или уничтожить через эти две системы. Кстати, Кисараги вызвала специалистов. Через пару дней нам понадобятся эти моноблоки для изучения. По крайней мере, этого требует наш начальник.

И без того хмурая Мико и вовсе подскочила:

— Эта программа опасна! Полиции было мало взломов? Если у вас есть специалист такого уровня, что сможет разобраться в ней лучше меня, то я жду его у себя в кабинете, в корпорации Миядзаки. Только так можно быть уверенным, что никто не наделает глупостей.

Мико была на взводе. Это видели все. И понимали причину тоже все. Но Кен тоже был по-своему прав. Полиция обязана изучить все факты и улики. Собственно говоря, Окада это и озвучил дальше:

— У генерала Кадзухиро есть деньги и связи. Если мы хоть немного не дожмем и оставим ему окно для маневра, то этот старый лис может соскочить, как бы плотно он не сидел на крючке. Поверьте, я видел случаи, когда свободу получали те, кто фактически имел неопровержимые доказательства виновности. Поэтому, каждый «кирпичик» обвинения имеет значение.

Был ли виной спокойный тон следователя или его взвешенное поведение, но Мико, кажется, немного успокоилась.

— Мне плевать, виноват в убийстве моего друга Син или этот старый хер. Не замутил бы генерал свой «маленький бизнес», не было бы всего остального. Смотрела бы разведка получше за своими людьми, так вообще бы ничего не случилось. Вам я доверяю, господин Окада, но не полиции. Но ради Арчи, я помогу. Дайте мне всё проверить, и я передам моноблоки.

— А мы проверим, чтобы место их хранения имело должный уровень безопасности, — вмешалась в разговор Кин. — Не переживай, Мико. Этот человек не избежит суда.

В ответ Кин получила лишь молчаливый кивок. Окада хотел было еще что-то сказать, но его прервал звонок мобильника.

— Да, — Кен встал и отошел в сторону. Судя по доносившимся обрывкам фраз, он разговаривал с Кисараги. Разговор оказался коротким и понять содержимое по скупым ответам Окады было невозможно. Впрочем, он сам все объяснил, вернувшись за стойку. — Рэйко звонила. Генерал Кадзуто Кадзухиро, не выдержав тяжести вины, повесился в собственно камере.