Книга Макс Вольф, страница 490 – Алекс Каменев

Трудно сказать, сколько длился отдых.

Пробуждение наступило от скрежета металла об металл.

Открыв глаза, я увидел, как Грета и Хильда все так же стоят у перехода шлюзовой, на этот раз выполняя обратные действия – открывая створки дверей.

В узкую щель пробились блеклые лучи солнечного света насыщенно-красного оттенка.

Прислушавшись, стало понятно, что ураган закончился.

— Долго я был без сознания? – спросил я, активируя аудиоканал связи группы.

Обе фигуры в скафах одновременно замерли на месте, синхронно, как по команде развернулись в сторону глубин жилого модуля.

Не заставляя себя ждать, я поднялся на ноги, чуть качнулся, удерживая равновесие, слабость в теле еще присутствовала, но, судя по ощущениям, стремительно шла на убыль.

— Около пяти стандартных часов, – ответила Хильда.

Забавно, что я научился различать сестер уже через пару дней знакомства. Они этому очень удивлялись. А для меня выглядело странным, что кто-то мог не заметить разницы между более импульсивной и стремительной Гретой и сдержанной, мягкой Хильдой. Они даже хвостики огненно-рыжих волос завязывали чуть-чуть по-разному. Не говоря уже о характерном взгляде каждой из девушек.

— Уже выходили на связь с крейсером?

Возникла короткая заминка, показавшаяся мне чрезвычайно подозрительной.

— Нет, «Злая звезда» не отвечает на запросы.

Потом Грета вдруг добавила:

— Мы думаем, корабль уничтожен.

От неожиданных известий я даже остановился.

— В каком смысле? То есть как – уничтожен? Вы что, тут с ума посходили от долгого сидения взаперти?

Откат после внезапного проявления всплеска псионических сил на пару с беспамятством в бронескафе не делали настроение веселым и радужным.

— Еще во время боя я видела очень яркую вспышку наверху. Слишком сильную для детонации обычных ракет. С учетом тишины в эфире и отсутствия подмоги можно предположить худшее, – рассудительно заметила Хильда. – Скорее всего, крейсер взорвали.

— Ерунда какая-то, – сказал я, проходя мимо близняшек, выбираясь наружу.

Ураган и впрямь прошел, что, впрочем, не слишком повлияло на привлекательность самой планеты. Все те же коричневые цвета и мрачные красноватые скалы.

— «Злая звезда», это ОТГ-один, – сказал я, активируя канал прямой связи с кораблем.

— «Злая звезда», это группа с поверхности. Капитан Северин, как меня слышите?

В ответ ни слова, тяжелая гнетущая тишина.

— Какого… Это офицер Вольф, кто-нибудь есть в эфире? Вызывает поверхность.

И снова ничего. Ни единого шелеста. Ни звука.

Не зная, на что надеяться, я метнул взгляд вверх на затянутые грязными тучами хмурые небеса.

Естественно, без всякой пользы для дела. Что можно рассмотреть отсюда на орбите? Тут никакие сенсоры и функции зума не помогут.

— Что будем делать? Запасы кислорода падают. Осталось меньше чем на два часа, – спросила Грета, указывая на правое запястье бронескафа, где располагался небольшой плоский экран на случай поломки лицевого дисплея шлема.

Все еще не веря, что кто-то умудрился уничтожить тяжелый харанский крейсер, я оглядел окрестности.

Если придется здесь задержаться, то и впрямь следовало задуматься о дальнейших действиях. Вылазка на Камасати не планировалась долговременной. Короткий разведрейд, без нахождения внизу больше необходимого.

Сколько продержатся еще скафы? Десантные модели у близняшек рассчитаны на восемь часов. Мой примерно на десять. Потом могу еще какое-то время прожить, но в конечном итоге все равно умру. Измененный геном с имплантами вовсе не делали из человека бессмертного бога. Простой недостаток воздуха в конечном итоге разил не хуже меткого выстрела плазмой.