Книга Заклинатель 1, страница 80 – Алекс Каменев

Стоп. А вот это явный прокол, ведь любого благородного с ранних лет обучали обращаться с оружием. После таких тренировок оставались характерные мозоли на ладонях, и будь ты хоть королем, от таких специфических отметин просто так не избавиться.

Я взглянул на охранника, но тот уже опустил голову, следя за точильным камнем.

Вжик-Вжик.

Кажется, он без внешних подсказок нашел объяснение странной гладкости кожи — занятия колдовством. Скорее всего подумал, что у ребенка-аристократа рано обнаружили магический дар и не стали напрягать с железяками, сосредоточив внимание на книгах.

Логичный вывод, хотя и не без погрешностей. Позже наемник наверняка поймет, что даже самых упертых книжных червей из числа отпрысков благородные все равно заставляют учиться обращению с клинком. Потому что в этой среде так принято. Каждый аристократ должен быть воином, чтобы уметь защищать свою честь. Иначе он дерьмо, об которого любой сможет вытереть ноги.

Таковы правила игры. Хочешь смотреть на остальных свысока, будь добр доказать, что имеешь на это право.

И тут меня в очередной раз накрыло. Перед глазами поплыло, яркая вспышка затопила сознание, вытаскивая из глубин кусок чужого воспоминания.

«… я стою во дворе замка, мое лицо накрывает изломанная тень сердитого воина. Его волосы с проседью, стальные доспехи несут следы многочисленных ударов. Он что-то выговаривает, сжимая заскорузлыми пальцами рукоять небольшого по размеру меча. Клинок тренировочный, с затупленным лезвием. Кажется он мой, и его только что выбили из моих рук мощным ударом, отозвавшимся болью в тоненьких мальчишеских пальцах…»

Флешбек из прошлой жизни Га-Хора продлился несколько секунд, и остался незамеченным для остальных спутников.

Выходит Га-Хор Куэль Ас-Аджар действительно имел благородное происхождение. Что в принципе неудивительно, учитывая его увлечение мар-шааг. Аристократы уважали древнее искусство самосовершенствования.

— Нет предела совершенства, есть только лень и нежелание возвысится над собой, — машинально проговорил я старинный постулат.

Элим услышал шепот.

— Извините, уважаемый Га-Хор, вы что-то сказали?

Я потряс головой, прогоняя остатки флешбека.

— Ничего важного, просто мысли вслух, — и не давая торговцу древностями опомниться задал быстрый вопрос: — Не расскажете подробнее об отшельнике в чье убежище мы направляемся?

До этого Элим ограничился лишь кратким пересказом общих слухов, гулявших по кабакам, о могущественном волшебнике, поселившемся в отдаленной пещере. Не верилось, что подготавливая вылазку, хитрый хозяин лавки редкостей не собрал более подробные сведения.

А еще из головы не выходило ощущение, что инициатор нашей небольшой экспедиции что-то скрывал, не делясь с остальными участниками.

— Все что знал, я уже рассказал, — Элим пожал плечами. — Это был сильный чародей, удалившийся от лишних глаз. Он занимался исследованиями, двигаясь по пути истинного познания, как и вы, уважаемый Га-Хор, — торговец отвесил в мою сторону учтивый поклон. — Но несмотря на закрытость, маг периодически не отказывал в просьбе приходящим к его пещере людям.

— Он помогал? Бесплатно? — я выразительно посмотрел на торговца.

Тот рассмеялся.

— Вы правы, уважаемый Га-Хор, такому поведению явно есть объяснение. Не думаю, что лечение больных являлось актом обычного милосердия. Могу предположить, что это связано с проверкой новых способов магического исцеления, которые было необходимо проверить на живых образцах.