Книга Заклинатель 6, страница 6 – Алекс Каменев

Из руки незнакомца вырвался сноп сверкающих молний, добрался до мечника и ударил в грудь. Дитриха с чудовищной силой отбросило в снег, от одежд и брони начал подниматься сизый дымок.

Я удивленно приподнял брови, потому что не заметил признаков зарождения боевого заклятья, ни концентрации магической энергии в оболочке, ни перетока силы для формирования нужного контура, все произошло разом, мгновенно.

И только через мгновение дошло — ублюдок использовал амулет. И ударил с ходу, рассчитывая ошеломить, вызвать растерянность, тем самым одержав половину победы. Дальше дело завершали остальные бойцы, рубя ошарашенных противников прямо с седла. Похоже паршивцы проделывали такое уже не раз, план отработан, каждый знал, что и как делать.

Окажись на нашем месте обычные путники (даже хорошо тренированные воины в броне), фокус мог бы сработать. Пока троица оставшихся на ногах открыв рот пялилась бы на валящегося на земле товарища, пораженного настоящим «волшебством», враг в этот момент спокойно и обстоятельно провел бы атаку обычными силами, довершив разгром сталью.

Но мы это мы, и Берг и Сорен давно привыкли к проявлению магии, и если они и удивились, то ненадолго. Первого налетевшего верхом противника коренастый мечник встретил ударом клинка, ловко подрезав подпругу и заставив того свалиться на землю. Следом еще один разворот и кончик меча рисует красную линию под подбородком ошеломленного падением воина. Брызнула кровь, щедро орошая снег красными струями, толчками, выходившими из ровного среза.

Поверженный пытался зажать рану ладонями, но все было кончено, он был мертв, просто еще не понимал этого. Все произошло так быстро, что чужаки даже не поняли, что лишились одного из своих.

Свистнула стрела, фигура Сорена в темных доспехах привлекла внимание одного из верховых лучников. В воздухе мелькнула стрела и… отклонилась в сторону, скользнув в бок. Сработала встроенная в артефактную броню защита. Лучник разинул от изумления щербатую пасть, с такого расстояния он никогда не промахивался. Да и как промахнуться, когда цель стоит, как на открытой ладони. Гвардеец наказал обидчика, дернулась рука, сделав быстрое движение. Из глаза стрелка вырос брошенный нож. Короткий всхлип, и еще одно тело валиться под ноги освободившейся лошади.

Дошла очередь и до меня, воздев над головой топор, каким так удобно рубить с седла, на закутанную в плащ фигуру ринулся всадник. При этом он допустил всего лишь один просчет — не посмотрел куда ступает копытами его лошадь. Та вдруг жалобно заржала и вскинулась на дыбы, одна из ног неосторожно коснулась моей тени, к этому моменту ставшей похожей на разлившийся по земле антрацит.

Всадник удержался в седле, но надолго его не хватило, по заключенному в броню телу пробежала судорога. Рот искривился в пустом крике, из глаз и ушей вдруг пошла кровь, из глотки вырвался хрип, перешедший в сипение. Топор, должный меня разрубить напополам, выпал из разжавшихся пальцев, утонув в снегу. Следом рухнул владелец, странным образом скрючившись и словно уменьшившись в размерах.

Жизненная энергия была извлечена резко, потоком хлынув ко мне. По венам пробежала волна бодрости, наполняя силой и мощью. Вспыхнуло Средоточие с жадностью поглощая приток чужой жизненной силы.