Книга Заклинатель 8, страница 53 – Алекс Каменев

На кого-то другого это могло оказать впечатление, но я видел, что страх медленно проникает внутрь каждого. Хуже того, похоже ему активно помогали с чужого корабля. Нас больше не пытались атаковать в открытую, решив взять как можно больше живых, скорее всего для очередных жертвоприношений. А что лучше всего в таких случаях, как не потеря воли к победе перед началом сражения? Еще немного и несмотря на грозные выкрики, команда Морского змея превратится в испуганное стадо, готовое сложить оружие, как только борта кораблей соприкоснутся.

С этим надо было что-то решать и как можно скорее. Вот только что? Усиливать ментальное сознание других я не умел, как и поддерживать защиту разума от чужого влияния. Да и вряд ли тут сработает обычная магия, учитывая, что за силы использовались против нас. Нужно что-то простое, что-то понятное, что сработает само, вызвав знакомые ассоциации, прогнав страх и вселив уверенность, что ничего еще не потеряно.

Не магия, а простой символ, за которым пойдут. Им мог бы стать Вайс, воодушевив соратников, но капитан сам испытывал страх, хотя и старался этого не показывать. Но людей не проведешь, и они чувствовали неуверенность вожака и вслед за ним испытывали сомнения.

Помог, как ни странно, Сорен. Гвардеец поднялся на палубу во всей красе рыцаря в черных доспехах. Руки в латных перчатках крепко сжимали двуручный меч, испускающий холодное колдовское сияние. Фигура воина дышала готовностью сражаться и умереть, но не сдаться, не склонить голову перед врагом, не опуститься покорно на колени, а вместо этого врубиться во вражеские ряды, сминая и расшвыривая врагов, разя и рубя с неистовством истинного воителя.

Этот посыл оказался столь явственным, что пробрало даже самого трусливого моряка. Никто больше не издавал воинственные кличи, зато все мгновенно почувствовали уверенность в собственных силах. Стоящая впереди фигура в темной броне вселила поддержку, убрали страх, давая понять, что победа возможна.

Сорен словно испускал ауру, которая воодушевила колеблющихся. На секунду мелькнула мысль, что это работа доспеха, в экстремальной ситуации включившего дополнительный параметр вроде «печати бесстрашия», но потом пришло понимание, что какие бы вплетенные в металл заклятья не активировались, это ни за что бы не сработало без уверенности самого гвардейца, без его харизмы и внутренней силы.

Сорен стоял у борта и спокойно ждал приближение вражеского корабля, «Морской змей» к этому моменту полностью остановился, вода вокруг превратилась в густой кисель, не давая двигаться дальше. Но чужой корабль не испытывал подобных проблем и шел сквозь измененную воду, будно для него она оставалась обычной.

Я в очередной раз подивился затраченной мощи, выдернувшей кусок реальности и изменившей привычные физические законы. Все равно что стрелять из пушки по воробьям.

— Дебил, — я посмотрел на стоящего у алтаря жреца, тот проводил манипуляции, явно собираясь помочь своим миньонам, превращенным в послушные марионетки для силы с другой стороны.

Символ «Молота» вспыхнул и погас. Невидимый воздушный таран ударил по корабельной надстройке вражеского судна. Деревянные доски протестующе заскрипели, некоторые выгнулись, но защита успешно отразила удар, поглотив большую часть пущенного в ход заклинания.