Книга Заклинатель 8, страница 68 – Алекс Каменев

Получилось, черт возьми, получилось!

Рядом застонала Кассия, выглядела рыжая не очень. Она уселась и посмотрела на меня.

— Так значит вот, что значит путешествовать с чародеем. Неудивительно, что твой приятель-воин постоянно хмурый. От такого у кого угодно испортиться настроение, — она потрогала свой бок и пожаловалась: — Кажется я сломала ребро.

Я тоже принял сидячее положение, буркнув в ответ:

— Зато осталась жива, а не сдохла в пасти мерзких тварей, или хуже — не окончила жизнь на столе их хозяев в качестве лакомства.

Сказал и оглядел себя. Одежда безвозвратно испорчена, вряд ли зеленую слизь и серые кусочки потрохов ашкаев получится отстирать. Надо найти во что переодеться. И поскорей, эта дрянь начинала вонять.

Мы оказались на опушке леса, слева вздымался горный хребет, не слишком высокий, но и не низкий, уходил на северо-запад. Справа обнаружилась холмистая равнина, упирающаяся в еще одну стену деревьев.

Выглядело местность смутно знакомой. Понадобилась секунда, чтобы сообразить, что я бывал здесь раньше. То есть, разумеется, не я, а Га-Хор Куэль Ас-Аджар в бытность имперским заклинателем.

— Вон там дальше поселок лесорубов, а если идти вдоль хребта на юг, то дорога приведет в шахтерское поселение, там добывали медь, — сказал я, сам себе удивляясь.

Рыжая вытаращилась в искреннем удивлении.

— Вы знаете, где мы оказались?

Я кивнул.

— Знаю. То есть, примерно представляю, — пауза. — Кажется.

Конечно, я мог ошибаться и за прошедшие пять веков с момента, как Га-Хор бывал в здешних краях, все вокруг могло поменяться. Но горы, холмы и леса не те вещи, что исчезают даже за пять веков. По крайней мере первые два точно.

Край выглядел знакомо, и это не могло быть ошибка.

— Значит пойдем в поселок лесорубов? Или в шахтерское поселение? Нам нужна еда и вода, а вам другая одежда, — Кассия поднялась на ноги, пошатнулась, но удержалась, с удовольствием подставляя лицо теплому солнцу.

Прекрасно ее понимаю, после удушающегося мрака темного храма, опушка леса в светлый солнечный день выглядела настоящим раем.

— Нет, туда не пойдем, не факт, что в тех краях до сих пор рубят лес или добывают медь, — ответил я и тяжело поднялся на ноги, одновременно кивнув в сторону востока. — Где-то там должна быть дорога, ведущая к побережью. Если за прошедшие пять веков ничего не изменилось, то быстро выйдем на оживленный тракт. А это придорожные харчевни и постоялые дворы, где можно найти еду и припасы.

Рыжая машинально кивнула, затем резко замерла, глаза расширились, уставились на меня в изумлении.

— Вы сказали — пять веков⁈ Вы что были здесь пять веков назад⁈

Мне не хотелось ничего объяснять, поэтому я не стал ничего говорить, вместо этого буркнув:

— Заткнись и пошли, хочу как можно скорее помыться. Из-за этого зелено-серого дерьма я воняю, как помойная яма.

Она еще попыталась что-то спросить, а затем просто сказать, но я прервал ее властным взмахом, пообещав вырезать язык, если не заткнется.

Помогло, перспектива лишиться одной из важнейшей для женщины части тела заставило рыжую перестать говорить, но это не помешало ей бросать в мою сторону настороженные взгляды, щедро приправленные ужасом и одновременно неверием.

Похоже упоминание прошедших пяти веков оказалось излишним, теперь навыдумывает черт знает что о колдуне, живущем на свете уже несколько столетий.