Книга Сила крови III, страница 67 – Алекс Каменев

Что для обычных людей табу и неприемлемо в любом виде, для одаренных рядовое явление, не стоящее упоминания. В частности, коробило простых обывателей отношение магов к собственным детям. Особенно у Старшей крови.

Философия жесткого отбора, искусственно направленной эволюции и процесса евгенических родовых программ вызывали у рядовых обывателей стойкое неприятие. Они не могли понять, как такое возможно. Программировать собственное потомство для выведения более сильных поколений, не оглядываясь на этику и мораль. Это было верхом непонимания. И от того возникал подсознательный страх. А вместе с ним и некое подсознательное преклонение от понимания того, что кто-то на такое способен – действовать настолько жестко, насколько это необходимо, невзирая ни на что.

Вот что простых людей пугало в магах – не столько сила, столько решительность ее сохранить, а главное преумножить, чтобы Сила крови жила в потомках.

Я понял это внезапно, словно с глаз спали шоры. Корпорации, получившие на вооружение высокие технологии, при желании сообща смогли бы свергнуть власть кланов. Да, это обошлось бы большой кровью, и скорее всего политическая карта мира значительно изменилась бы, но это было возможно. Но они не делали этого, потому что подспудно считали себя все еще ниже. Не из-за магической силы (хотя из-за нее тоже), а из-за стальной воли, что двигала колдовские семьи вперед.

Им просто не хватает решимости, – внезапно понял я, вглядываясь в лицо старшего корпоранта из трофейной команды. В его глазах кроме настороженности и страха присутствовало едва уловимое осознание острой зависти и чувства собственной неполноценности. Он хотел стать одним из нас, но где-то в глубине души понимал, что никогда не сможет. Не сможет относиться к своим детям с такой же холодной отстраненностью, не сможет отрекаться от них, если они не оправдают ожиданий, не сможет отдавать на откуп их будущее генетикам клана, заранее подбирающих подходящую пару.

Сила и воля сметает любые преграды. У них есть сила, но нет воли. Они не готовы пожертвовать всем, пойти до конца, рискуя собственным уничтожением. А кланы готовы. И поэтому они до сих пор правят миром.

За тысячелетия своей истории Старые семьи поняли простую истину: либо ты идешь до конца и обретаешь величие, либо останавливаешься и уходишь в безвестность. Иного не дано.

— Мы нашли его, – два бойца подтащили мертвого ренегата.

Маг оказался мужчиной средних лет со щегольской бородкой и редкими волосами цвета застарелой ржавчины. Носил отступник комбез военной модели популярного оружейного производителя. Дороже моего. С дополнительными вставками пластины и продвинутой системой терморегулирования с герметичными застежками. Заботился о собственной безопасности, ублюдок. Но ему это не помогло.

Интересный нюанс: раны две, хотя выстрелов было пять. Значит, три пули сгорели в ближней защите. Силен, бродяга, раз успел даже в такой момент выставить щит. Ведь точка пробоя пространства выходила как раз за его личным защитным коконом. И все равно сумел среагировать.

Он действительно был очень хорош. Повезло, что сумели убить его раньше, чем он убил нас.

Корпорант навел на труп камеру служебного планшета. По лицу мертвеца пробежали невидимые лучи, сканируя и воссоздавая трехмерный образ. Полученная картинка отправилась в поисковый запрос через ГлобКом.