Книга Сила крови IV, страница 100 – Алекс Каменев

Но для начала надо его допросить. Посмотрим, кто заявился ко мне в гости без спросу.

— Она жива? – в голосе Карла проскользнула тень тревоги.

Не то чтобы бывший гвардеец воспринимал девчонку кем-то вроде дочери или нечто подобное, но определенную долю участия принимал, в основном как учитель по боевой подготовке к ученице, с кем провел немало времени на огневом рубеже.

Мой палец коснулся шеи девушки, чувствовался ровный и сильный пульс.

— Жива.

Майю из заклинательного зала вытащил я на руках, поднял по лестнице и уложил в просторной гостиной на старомодный диван, видавший еще расцвет эпохи раннего Ренессанса.

— Ей нужен покой, – не слишком уверенно заметил Карл. Теперь, когда потенциальная шпионка перестала ею быть, она вновь стала членом команды, соответственно поменялось и отношение к ей.

И получил реакцию с моей стороны в виде отрицательного качания головой.

— Ее надо разбудить, – твердым тоном произнес я и пояснил: – Надо выяснить степень воздействия, оставленную тенью изнанки.

Сосредоточенный взгляд Карла скользнул по спокойному лицу девушки, пробежался по мерно вздымающейся груди, скользнул ниже, проверяя тело на физические повреждения, и, разумеется, нигде не обнаружил следов. Последствия имели иной характер, на уровне ментального плана.

— Ее разум повредился?

Ответил я честно:

— Понятия не имею. – Пауза, и еще одна порция пояснений: – Процедура пошла не по плану, возникли сложности, которые могли повлиять на целостность личности, – говорить, что сам чуть не стал жертвой разбушевавшейся астральной энергии, не стал. К чему лишние подробности.

— Может, поместить ее в медкапсулу? – судя по голосу, Карл сам не верил, что достижения современной медицины способны помочь с ментальным воздействием. Лечить тонкие тела пока ни один кибер-хирург не умел, сколько бы ему электронных мозгов ни вставили.

— Надо ее разбудить, – и вновь мой тон категоричен, почти как приказ.

Карл не успевает выразить недоумение, как моя рука отвешивает лежащей на диване девчонке пощечину. Гвардеец инстинктивно дергается, чтобы остановить, но вспоминает об особенностях взаимоотношений связки «вассал-сюзерен», и замирает, позволяя делать все, что нужно, чтобы вернуть девушку в сознание.

Первая пощечина не приносит результата, голова Майи вяло дергается, но сама она остается без сознания. Приходится повторить опыт, во второй раз везет больше, девушка открывает глаза, медленно, слабо, с трудом фокусируя взгляд на моем лице.

— Что… – она замирает, рука ползет к виску, словно желая убедиться, что голова осталась на месте. Кажется, в этот момент она испытывает жуткую боль. – Что случилось?

И тут всего на мгновение, ее взгляд делается пустым, Майя с непониманием смотрит сначала на меня, потом на Карла и не узнает нас. Я четко это понимаю. К счастью, длится это всего одну секунду, затем глаза лежащей брюнетки становятся осмысленными.

— Где мы? – Майя недоуменно оглядывает просторную гостиную, обставленную в старомодном аристократическом стиле.

— Пока неважно. Скажи, ты знаешь, кто я?

Девушка хмурится.

— Конечно, ты Тимофей, ты…

Продолжить я ей не дал, указав на Карла.

— А это кто?

Секундная пауза, затем не менее уверенный ответ:

— Карл Ульбрихт-Бельский, твой мастер войны.

Хм, мастер войны, так называли главных полководцев клановых иерархов в Колониях, по старорусскому стилю – воеводы.