Книга Одиссей, страница 126 – Роман Прокофьев

120/483 было на индикаторе Звездной Крови, когда я наконец-то заплыл в пятый по счету акведук. Такой же дерьмовый тоннель, как и тот, из которого я выплыл, только в несколько раз короче. Моему счастью не было предела, когда наконец-то получилось вынырнуть — в абсолютно темном, не имеющим никаких источников света помещении. Осторожно высунувшись из воды, я внимательно осмотрелся — серые тени многочисленных выходов, змеи древесных корней, оплетающие груды обломков. Тишина и ничего живого.

— Знак Переноса должен быть в дальнем конце, — прошелестел голос, — Поторопись, Восходящий…

В конце анфилады разрушенных залов и вправду нашелся круглый подиум с рунным символом. Он замерцал, стоило коснуться его поверхности, но точка назначения была единственной и безымянной. Я уже понял, что рунные знаки Кел бывают двух видов — тот, что переместил нас в город, выполнял роль станции монорельса, а этот — внутреннего лифта комплекса зданий.

И вел он в очень, очень, очень странное место.

— Что это, черт побери? — спросил я после переноса, с любопытством оглядываясь, — Зачем мы здесь?

— Затем, что отсюда куда ближе до места, куда ты стремишься, — ответил Белый Дьявол, — А место… прежде у него было много имен. Когда-то это… был мой дом.

Дом? Как здесь можно жить?

Это место, наверное, находилось на вершине одного из высочайших зданий города. Вокруг гуляли ветра — крыша отсутствовала, стены зияли проломами, открытая площадка обрывалась черной бездной всего в нескольких шагах от рунного круга. Я не боялся высоты, но при взгляде вниз под ложечкой слегка похолодело — ночные развалины темнели далеко-далеко, а синий глаз Вечности здесь казался гораздо ближе Несколько птиц вспорхнули, напуганные моим появлением — да, только крылатые сейчас могли сюда добраться.

Я осторожно сошел со знака Переноса. Повсюду — разруха… Но Истинный Взор видел под слоем грязи и обломков линии какого-то рисунка. Белый Дьявол повторил свой фокус с воспоминаниями — и на мгновение я увидел это место прежним — огромным, пронизанным светом Древа круглым залом под ажурным куполом. Сложная, гармоничная, замысловато сплетённая конструкция из серебряного лиора — как вычурный наконечник, венчающий древко башни. На полу сиял рунный орнамент, а стены украшали странные барельефы в виде неподвижных лиц. Отсюда открывался захватывающий дух вид на Древо и прекрасный город внизу…

Это место имело какую-то ритуальную важность для моего вселенца. И очень странно, что Вечность не превратила эту башню в прах, в груду обломков, как многие другие здания города.

— О, они хотели бы, — прошептал голос с некоторым злорадством, — Но даже псы Вечности боятся бросить вызов Наблюдателю… Посмотри в центр, ювейн!

Я посмотрел — и увидел, что видимый Истинным Взором рисунок сходится в центре к чему-то более яркому. Она… эта светящаяся штука была окружена голубоватой дымкой, которая, если присмотреться внимательнее, состояла из мириадов мерцающих точек. Маленькая звездная туманность… завороженный этим зрелищем, я сделал несколько шагов и наконец-то разглядел среди обломков серо-голубую, как будто перламутровую полусферу, выступающую из пола. Эта штука своей формой и цветом невероятно напоминала тот эль-целестус, который я отнес в Столп Сияния по заданию Наблюдателя. Неужели…