Книга Одиссей, страница 44 – Роман Прокофьев

Абсолютно очевидно, что тавры побывали здесь первыми. Наш следопыт Лохмач указал даже, в каком направлении они ушли, захватив пленника — и случилось это совсем недавно, не более часа назад. Табун, скорее всего, был другим, не тем, который напал на Лэндо — потому что следы вели в противоположном направлении.

— Лэндо, как думаешь, человек еще живой?

— Может да, может нет. Если женщина быть — скорее быть живой, — ответил принц, — Если нет, мертвый находить!

— Они не могли уйти далеко, попробуем догнать, — принял решение Динамит, — Сигурд, летим!

Выследить тавров оказалось очень просто — табун вздымал хорошо заметное с высоты облако пыли. По нему мы и сориентировались — и вскоре увидели размытое пятно на поверхности Море Трав, за которым оставался отчетливый след. Скрытые в густой растительности тавры двигались компактной группой, почти не растягиваясь, и когда мы снизились, настигая их, табун распался на отдельные фигурки, которые, как оказалось, находились в строгом иерархическом порядке.

— Впереди альфа, Звездную Кровь иметь, — сообщил Лэндо, жадно наблюдая сквозь остекление за скачущим табуном, — Его убивать первым! Затем — тех больших измененных, которые скакать за ним. Тогда они не понимать, куда скакать, что делать, быть разбегаться…

— Ага, ясно, — кивнул Динамит, — Главное, не зацепить нашего. Сигурд, Фьюри, видите его?

Фьюри выделила и увеличила пойманное изображение: на плече одного из быкотавров, следующих вторым порядком, виднелось полуобнаженное человеческое тело. Кажется, женское, но уверенности в этом не было. На наших глазах тавр на ходу перекинул пленника соседу, а тот, пронеся немного — швырнул следующему, словно играя в некую игру. Человек не подавал признаков жизни, и это было понятно — что могло остаться от него после получаса такого развлечения?

— Он живой вообще?

— Живой быть. Немногие выдерживать! Мертвый быть — выкинуть.

Во мне начинал подниматься праведный гнев — эти жестокие твари не заслуживали снисхождения! Динамит скрипнул зубами, а лицо Фьюри закаменело. Алый маркер прицела выделил здоровенного черного бычару, скачущего во главе табуна. Альфа-тавр, содержит Звездную Кровь — явный вожак, он даже визуально отличался от остальных, огромный, гипертрофированно мускулистый, с замысловато скрученными рогами. Его-то мы и срезали первым, заставив споткнуться и закувыркаться в галопе. Альфа умер не сразу, он пытался подняться, но Фьюри уделила ему особенное внимание, буквально изрешетив великана. А затем та же судьба настигла других — не давая им не единого шанса, я держал «Грифон» в фарватере убегающей стаи, а Фьюри хладнокровно расстреливала их, сперва тщательно выцеливая немногочисленных измененных тавров, а затем — всех остальных. Не так-то это просто — удерживать огромный винтокрыл с одним импеллером на сверхмалой высоте и сверхмалой скорости в ручном режиме, но я справился, хоть и вспотел немного. Звездная Кровь не помогла им спастись, земное оружие торжествовало победу.

— Это всего лишь дерево, не обольщайся, — лениво прокомментировал голос, — Ваши примитивные стрелы из металла опасны только для мусорных тварей. И в этом нет чести…

Сафари закончилось быстро — табун распался на несколько групп, бестолково мечущихся вокруг погибших сородичей. Некоторые, сообразив что их убивает, пускались прочь, но большинство умирали, покрыв траву множеством бьющихся в агонии тел. Настоящая мясорубка, лютое побоище — даже хорошо, что мы не сумели разглядеть его во всех подробностях. Нашей главной задачей было не повредить пленному человеку — в этой безумной давке его вполне могли прикончить окончательно. Но Фьюри действовала умело, очередями разделяя стадо и отгоняя тавра, несущего землянина, от остальных, пока он не оказался в одиночестве, не помчался сломя голову сквозь заросли.