Книга Тинг, страница 178 – Роман Прокофьев

— Да жеваный крот, выперли специально его, к гадалке не ходи! Иначе бы люди на куски порвали, на. Надо бы, епта, догнать и пожелать спокойной ночи. Но кто ж нас выпустит, он же памятник…

Да, фригольд тщательно охранялся, да и вели из него всего две дороги.

И над одной из них, отслеживая движения группы, конвоировавшей Мрака, в высоте неслышно парил Аспект, связанный со мной невидимой нитью.

Я действительно изменился. Мог обнимать Травинку, пить с друзьями, шутить — и одновременно контролировать частичкой сознания Звездного Дракона, ибо холодная решимость, овладевшая мною с момента приговора, только окрепла.

Я ничего не обещал Винсенту Кассиди. Мрак за пределами фригольда — изгой, жизнь которого больше не защищает ни Народ, ни Единство. Первый раз, когда я закрыл глаза на его преступления, желая решить все миром, едва не привел к моей смерти. Второй, когда Вероника спустила все на тормозах, закончился побоищем в Шторме. Но третьего — не будет! Нельзя позволить Мраку вновь набрать силу, вернуть гвоздь и возвратиться.

— Ты научился думать как Восходящий. Никакой мир не обойдется без крови, и эта ноша лежит на твоих плечах. Справедливость должна быть восстановлена.

Кто сделает это, если не я?

Выследить Мрака не стало проблемой. Рикс приказал выбросить его в Расколотые Земли, а из фригольда туда вела всего одна тропа, заканчивающаяся у знакомой заставы Западного Поста. Дальше — Змеиный Каньон и та самая бесплодная пустошь, что мне «посчастливилось» пересечь дважды.

Мой Аспект парил в ночном небе, забравшись высоко-высоко — то ли птица, то ли дрейк, не разглядишь без специальных Навыков, а группа людей — пять человек и пять тауро — далеко внизу пробирались по узкой горной тропе. Четверо конвоиров — и изгой Марк Кассиди. Среди них был только один Восходящий — новичок Беркут.

До последнего я ожидал каких-то сюрпризов. Засады, попытки побега, внезапного освобождения пленника… Но нет, ничего подобного — осужденного спокойно доставили к Западному Посту, где дежурило копье дозорных — и без промедления вывели за ворота. Как я и полагал, в сами Расколотые Земли провожать изгоя не стали — далековато, да и Игг-Древо уже погасло, к этому моменту наступила глубокая ночь. В световом пятне возле ворот заставы было хорошо видно, как скрученному Марку освободили руки, стащили мешок с головы, и, кажется, даже бросили нечто вроде рюкзака. Надо же, расщедрились… или последний подарок рикса?

Я наблюдал, как он встает, чуть пошатываясь, что-то говорит фригольдерам — видимо, не очень приятное, потому что один из них вскинул «Суворов» и дал короткую очередь под ноги изгоя, явно намекая, что грубить не стоит и пора отправляться на вольные хлеба.

Марк намек понял. Подобрав рюкзак, он неторопливо пошел прочь, с каждым шагом растворяясь во мгле. Дальше, в извилистых ущельях Змеиного Каньона, да еще и ночью, — отследить его перемещения было гораздо сложнее даже с помощью Аспекта…

Никто не удивился, когда я покинул уже порядком подвыпившую компанию в «Виски», в очередной раз удалившись в ближайший очиститель. В закрытых кабинках вокс-запись точно не велась, и я активировал перемещение в Домен, оказавшись в главном зале Серебряного Замка. Но и медлить тоже не стоило, поэтому я сразу же вызвал нашу золотую кел-леди. Этот вариант мне подсказал вселенец — у нас теперь имелось более двухсот Звездных Монет, а у нее — очень нужные мне золотые Руны.