Книга Тинг, страница 89 – Роман Прокофьев

— Прости и отпусти меня, мой господин. Ты должна уметь просить правильно. Говори!

— Прошу… простить… и отпустить меня, мой господин! Ааа! Пожалуйста, пожалуйста, я умираю!

Она уже рыдала от боли, и мой вселенец, наконец смилостившись, небрежно отшвырнул ее в сторону. На руки Азтеллы страшно было смотреть, в некоторых местах они обуглились до костей — Руна Пылающих Рук совершенно беспощадна. Упав на бортик купели, Восходящая с плачем съежилась, пока по ее телу прокатывались зеленые волны исцеления. Через несколько мгновений, привстав, она рассматривала целые руки.

Эриний коротко и жестко рассмеялся, вынырнув из пламени.

— Мой золотой господин! — плачущим голосом пожаловалась Азтелла, с нескрываемым страхом косясь в мою сторону. — Неужели ты позволишь делать со мной такое?

— Заткнись! Твой дерзкий язычок сам попросил хорошего урока, — усмехнулся кел-лорд. — Немного боли — отличное лекарство от гордости. Может, отдать тебя моему другу на воспитание?

— Нет! — Азтелла снова с ужасом взглянула в моем направлении. — Прошу, мой господин…

— Ну тогда убеди меня в своей полезности, — лениво проговорил Эриний. — Гордость и лень плохие Атрибуты, моя. Особенно для охотника Ковенанта.

Огонь в купели вновь сменился бурлящей водой, и Азтелла тут же гибкой змейкой нырнула в нее. Она прильнула, обвив руками кел-лорда, и тут же начала жадно ласкать его тело, словно изголодавшаяся кошка. Бурлящая в купели вода скрывала большую часть происходящего, но эмма, кажется, совершенно не стеснялась нашего присутствия.

— Оу, я давно не видела, чтобы Азтелла так старалась, — проговорила брюнетка, жадно наблюдая за товаркой. — Какое славное утро! Как волнительно, м-м-м.

— Присоединяйтесь! — позвал Эриний, накручивая на пальцы мокрые серебряные пряди. — Тут достаточно места.

Я думал, что Белый Дьявол откажется, но он, деактивировав Руну Облачения, скользнул в бурлящую прохладную воду. Оперся о бортик напротив кел-лорда и почти невидимой под водой Азтеллы. Мгновением позже рядом оказалась черноволосая Восходящая в паучьем бикини, почти не скрывавшем ее формы, — та самая, что пыталась использовать Подчинение на осколке в Камнях. Она обольстительно улыбнулась, нащупав зрительный и ментальный контакт. Но сейчас от эммы исходили совсем другие флюиды — призыва и желания.

— О, мой серебряный господин, — ее длиннопалая рука игриво заскользила по его груди и животу, спускаясь все ниже, — ты во всем так хорош? Как насчет еще одного испытания?

При всей красоте и вызывающей сексуальности кел-женщин я испытывал лишь отвращение и некую брезгливость — они принадлежали к другому, далеко ушедшему от людей виду. Злые инопланетяне — и оттого их привычки казались дикими вдвойне. Заняться сексом — все равно что чмокнуть знакомого в щечку, предложить выпить кофе или съесть десерт. Белый Дьявол уже предупреждал меня об этом — но и сам вселенец не испытывал какого-то желания: эммы Эриния казались ему недалекими самками, вообще не стоящими внимания. Он перехватил под водой чужое запястье, и она испуганно вздрогнула, мгновенно прекратив свою игру.

— Тебе не нравятся мои девочки? — лениво поинтересовался Эриний, наблюдающий сквозь полузакрытые веки. — Испытай, в любовном искусстве они лучше, чем в бою.

— У кел-лорда отменный вкус, — палец Белого Дьявола скользнул по высокой скуле, приоткрытым губам и обвел точеный подбородок брюнетки, словно мастер, оценивающий совершенство скульптуры, — но на сегодня достаточно испытаний. Мне не хотелось бы ранить гордость моего лорда в третий раз.