Книга Тинг, страница 98 – Роман Прокофьев

Флекс Торий! Чудом уцелевший душеторговец, оседлавший огромного костяного паука, почти выбрался за пределы здания, когда мы настигли его. Небесный Ястреб в полете разрубил странное Существо на две половины и отшвырнул Тория в сторону, преграждая ему путь к отступлению. А в следующий миг Живые Цепи вновь вгрызлись в его тело, поднимая и растягивая в воздухе кричащего, кровоточащего контрактория лицом к нам. Дежавю, только теперь новое усиление Цепей полностью блокировало Скрижаль, и враг не сможет сбежать!

Вселенец нащупал его разум, пульсирующий страхом, болью и отчаянием. Несмотря на золотые Атрибуты, Флекс Торий был слаб — мы выяснили это еще в его Домене. А сейчас, когда вселенец активировал Руну Ментального Доминирования, безумные глаза душеторговца вылезли из орбит.

— Хочешь умереть быстро? — мысленно прошипел Белый Дьявол. — Сотри все Клятвы и рунные метки со своих слуг, жалкая пародия на Хитрейшего! Все! Немедленно!

Он давил усиленной серебряной Руной, ментально сверля сознание Тория. Белый Дьявол не пытался читать его воспоминания, как в случае Кнута или Вероники, — темные секреты душеторговца были интересны ему в той же степени, что и возня личинок под старым бревном. Задача была гораздо проще — он хотел лишь добиться безусловного выполнения его приказа. Флекс Торий, задыхаясь, как рыба, выброшенная на берег, и дрожа всем телом, пытался как-то сопротивляться, но безрезультатно — чужая воля была слишком сильна, а он чересчур напуган, изранен и морально сломлен. Он хотел произнести что-то, но не смог, и лишь мелко затрясся, пытаясь кивать.

— Хорошо, мой послушный контракторий, — угрожающе произнес Белый Дьявол. — Теперь слушай и внимай. Если я еще раз услышу твое жалкое имя, в моей Скрижали станет на одно золотое Существо больше. Расскажи своим хозяевам, что им пора заползти в самую глубокую нору, чтобы избежать гнева неба! Ты понял⁈

Дождавшись очередного судорожного кивка, он нашел взглядом один из серебряных кольев, все еще торчащий среди обломков, и одним движением насадил Тория на зазубренное острие. Я поморщился от жуткого хруста — все-таки Белый Дьявол был безобразно жесток, мало чем отличаясь от остальных Кел. Окровавленный кончик вылез из ключицы вопящего контрактория, но невероятная живучесть работала тут против Тория — тело не спешило умирать. Мелькнула мысль, что вселенец заберет Цепи и оставит врага мучиться, но нет, Белый Дьявол всегда исполнял свои обещания. Он ударил «Испепеляющим Взглядом», превратив Тория в дергающийся факел, а затем — крест-накрест «Пылающими Крыльями». И только тогда вернул в нашу Скрижаль Живые Цепи, которым уже нечего было удерживать. От душеторговца остались разорванные дымящиеся куски и несколько рунных символов.

Своевременно — потому что рядом с нами приземлился пылающий, как маленькое солнце, золотой Феникс.

— Нашел своего врага? — спросил Эриний, кивнув на обугленные ошметки; получив ответный кивок, втянул потерянные Торием Руны и крикнул:

— Вовремя! У нас почти не осталось времени! Слышишь, Темное уже дрожит, эти твари сейчас полезут отовсюду! Мы уходим в Камни и выкидываем туда всех, кого можем, пока они не закрыли Домен!

Не дожидаясь ответа, он взмыл вверх, и за ним последовали остальные. Белый Дьявол тоже взлетел, вынырнув сквозь пролом наружу, и я вдруг осознал, что здорово недооценил масштаб схватки. С высоты было видно, что сражение идет не только внутри, но и в окрестностях разрушенного здания. Охотников Небесного Ковенанта атакуют подкрепления контракториев и странных теневых чудовищ, целый квартал уже пылает от рунных эффектов. Сколько же Восходящих привел Эриний? Пятьдесят? Сто? Когда они говорили с Белым Дьяволом, я слабо представлял силу, стоящую за кел-лордом…