Книга Дикая Охота, страница 72 – Роман Прокофьев

— Попрыгунчик, на, — проворчал Грохот. — Командир, а это что такое, копать-хоронить⁈ Тоже Руна?

К этому времени я уже вызвал и оседлал Аспект. Дракон Звездного Света скрутил в кольцо призрачный хвост и расправил трепещущие крылья, озаряя нас своим потусторонним сиянием.

— Все нормально, это мой Аспект, Толя.

— Где раздобыть такую зверюшку, командир⁈

— Такую — нигде, а вообще на серебре всем дают. У тебя своя будет…

Выпустив на свободу Шейда и Доминион Арахнидов, чтобы не оставлять товарища скучать в одиночестве, я поднял Дракона в воздух и, уже отдаляясь, услышал:

— Покатаешь, большая черепаха!

Эх, Толя, Толя — всем бы сохранять такую непосредственность в момент смертельной опасности… Уже в полете я накинул Плащ Фантома, чтобы мое появление стало для Червей неожиданностью, а затем — в ход пошло самое главное.

Руна Шепота Червей.

Серебро, взятое за тысячу убитых тварей, оно позволяло «воспринимать, понимать и воспроизводить ментально-феромонные команды, используемые Червями». И я активировал его впервые.

Это было странное ощущение. Ментальное Искусство одарило чувствительностью к чужим мыслям и эмоциям, но то, что я ощутил теперь, было совершенно непохоже на прежний опыт. Феромоны есть и у людей, это летучие вещества-запахи, на подсознательном уровне определяющие симпатию или антипатию, но у инсектоидов это основное средство связи. Это и запах… но не только он, а скорее совокупность зрения-запаха-эмоции, совершенно новая, непознанная ранее мной грань восприятия.

И неприятная. Щекочущий белый шум, странные, нечеловеческие и в то же время абсолютно понятные запахи, разлитые в воздухе пахучими потоками. Движение вверх. Агрессия. Убийство. Найти Цель. Уничтожить Цель. Уничтожить всех, кто мешает. В феромонах не было ненависти, вообще не было эмоций — просто команды, отданные послушным орудиям, рожденным в недрах Улья для подобной миссии.

Где-то далеко горел сигнальным маяком яркий, невыносимо манящий аромат Матери. Но другие запахи были сильнее, они казались поводком и кнутом, тянулись паутинной нитью к каждой особи. Я ощущал их — наверное, мог даже представить, как светло-зеленые потоки, разлитые в воздухе. И, используя свое сверхчувственное восприятие, наконец понял, где они усиливаются, становятся гуще, а потом сливаются в один мощный, транслирующий команды источник.

Это место находилось не столь далеко от точки нашей высадки. Может, в двух-трех километрах, не более. В огромной трещине, одном из последних разломов, образующих естественную границу между предгорьями и Расколотыми Землями.

Там и сидела главная тварь.

По пути совсем близко от меня пронеслась пара Прыгунов, держащая Палача. Пример удивительной координации — опять же, не естественной, а подсказанной, — Черви сидели на прочном поводке кукловода. Развернув Аспект, я вскинул Копье — пора было проверить в деле золотую Руну!

Листовидный наконечник проецировал вдаль трепещущий солнечный зайчик — словно пятно лазерного прицела. Он был прекрасно виден в темноте, и, дождавшись пока Прыгуны приземлятся, готовясь к новому прыжку, я быстро навел пятнышко света. Когда оно заплясало на антрацитовых надкрыльях, активировал Копье, слегка утопив широкое выпуклое кольцо на держателе. Прянул золотой луч — и в месте попадания полыхнула ослепительная игг-вспышка. Пораженный Прыгун, кажется, вообще перестал быть, разлетелся горящими ошметками, его товарищ корчился с выжженным нутром, а дымящийся Палач, которого они прикрыли своими телами, быстро уползал в ближайший разлом, ковыляя на уцелевших конечностях.