Онлайн книга «Академия»
|
Мысль эта меня захватила настолько, что я даже прекратил стрельбу. Человек он — говно, и сама мысль ограбить его не вызывала у меня никакого отторжения. Это в доме Епифанова я бы скорее себе руки отгрыз, чем взял хоть копейку, а тут ограбить вора — сам бог велел. Тут главная сложность — как это осуществить. Но из всех имеющихся у меня планов, пожалуй, это единственный, как ни странно, осуществимый. Понятно, что деньги на виду не лежат, понятно, что в сейфе. Но ведь с другой стороны… А какой у меня выход? Взять и сдохнуть? Конечно, могут поймать — арест, каторга, возможно, смерть. Так стараниями господина генерала все это, плюс-минус, меня и так ждет после его возвращения. Навешает дисциплинарные нарушения, потом невыполнение приказа, может, подкинут чего, например, мой пистолет из арсенала. Отчисление — и штрафные батальоны. А дальше разбитый мех и смерть без пользы для общего дела. А я жить хочу! И вот так подыхать по чужой прихоти я не согласен. Хер вам! Последний выстрел. Положив карабин, я отошел от стола и доложил: — Курсант Соболев стрельбу закончил. — Вижу, — начальник арсенала опустил бинокль. — Восемь попаданий из десяти. В стрелковой подготовке необходимости нет. Давай зачетку. Я протянул ему кадетскую книжку, где офицер в нужной графе поставил подпись и личную печать. Так, что у нас там дальше? Я глянул список предметов: строевая подготовка, потом рукопашный бой и, наконец, самое сложное для меня — «Основы знаний», комплексный предмет, включавший в себя русский язык, арифметику и историю Российской империи. * * * — Направо! Налево! — Я быстро повернулся в нужном направлении. — Шаг назад! Шаг вперед! Команды слышишь — команды исполняешь. На этом строевая подготовка завершена, в продолжении обучения дальнейшего смысла не вижу. Давай зачетку и ступай вниз, там тебя наш рукопашник дожидается. Я растерянно почесал затылок от подобной скорости прохождения обучения. Может, меня к концу вечера и вовсе посчитают полностью обученным пилотом и выпрут за ворота, сразу отправив в часть? Пожалуй, это будет самое сверхускоренное обучение пилотов за всю историю. Преподаватель, поставив подпись, почти вытолкнул меня за дверь. И я пошел вниз сдавать зачет по рукопашному бою. Просторный зал и тканевые маты сразу напомнили мне наш тренировочный зал. Мешок с песком на веревках, деревянные мечи на подставках. Глядя на все это, я почему-то ожидал увидеть китайца в качестве преподавателя, но нет: на татами меня встретил настоящий казак с седым чубом на лысой голове, в белой рубахе и широких штанах. Приглашающе махнув рукой, он встал в стойку. Сбросив обувь, пиджак, оставшись лишь в футболке и спортивных штанах, я вышел к нему, сделал поклон. — Атакуй! — скомандовал он и перевернул небольшие песочные часы, стоявшие возле татами. Я оценивающе посмотрел на него, пытаясь понять, какую школу боя он практикует. Странная стойка, легкое покачивание корпуса, ноги неподвижны, но по вздутым мышцам на икрах было понятно, что он готов к прыжку или удару ногой. Нас мастер учил биться с противниками из разных школ единоборств, но тут что-то совсем незнакомое, словно смешение стилей. А впрочем, в бою да познаем истину! Удар рукой, попытка подсечь опорную ногу с одновременным прикрытием головы. Почти сразу отход, когда учитель попытался пробить мне сбоку ответный в корпус. Проходит мимо, мне почти сразу прилетает новый удар в голову, блок частично отводит кулак, и тот лишь вскользь прошелся по скуле. Новый удар, разрыв дистанции, попытка удара ногой. Тренер норовит снова сблизиться, пытаясь мне навязать ближний бой, и чтобы выстоять, мне приходится раз за разом отпрыгивать назад, пытаясь контратаковать его ногами и надеяться подловить на противоходе. Новая попытка сближения, привычный отскок назад и удар ногой, когда мастер, не прекращая движения, неожиданно сделал кувырок, пропустив мой удар над собой, затем, захватив мою опорную ногу, дернул на себя, и когда я полетел вниз, обозначил добивающий удар в горло кулаком. |