Книга Концессия, страница 36 – Александр Быченин

— А «простава»? — поинтересовался я.

— Заслужи сначала, — отмахнулся босс. — Ты пока что на испытательном сроке, Генри-кун. Хоть и прошёл первую проверку.

— Вы о вчерашнем, э-э-э, «собеседовании», Игараси-сама?

— Нет, о сегодняшнем. Ты понравился Зигги-нэко, а он людей насквозь видит.

— Зигги-нэко? А, кот! — сообразил я. — А почему он Зигги?

— Техники так прозвали, потому что настоящее его имя не может выговорить никто, кроме герра Диппеля, главы нашей службы. Зиг… Сиг… мунд… язык сломаешь.

— Зигмунд?

— Нет, немного иначе.

— Сигизмунд?

— А у тебя очень много талантов, Генри-кун! — довольно усмехнулся босс. — Именно так герр Диппель его и называет.

— Вы хотите сказать, Игараси-сама, что ваш кот — мутант с рентгеновским зрением?

— Скорее, сильный эмпат. Поверь моему опыту, Генри-кун: тот, с кем Зигги-нэко быстро находит контакт, крайне редко слетает с катушек.

— Он определяет предрасположенность человека к нервным срывам? А почему тогда его медики не забрали?

— А они в него не верят. Называют сказками и восточной лабудой. Ладно, давай по мастерской пройдёмся, покажу, что можно трогать, а от чего лучше держаться подальше, пока опыта не наберёшься.

Хм… что-то интересное грядёт. Ничуть не меньше, чем метаморфоза Игараси-сама из крючкотвора-функционера в нормального человека. С учётом японских «тараканов», конечно же.

Мэйнпорт, 18.05.23 г. ООК, утро

Что характерно, с прогнозом я не ошибся — экскурсия затянулась на час с лишним, и всё это время нас сопровождал Сигизмунд, спрыгнувший с ближайшей кучи хлама прямо мне под ноги. Как удержался и не отвесил волшебный пендель — сам удивляюсь. Но пронесло. А вскоре и вовсе свыкся с присутствием вёрткой скотины, то и дело норовившей потереться о штанину, причём желательно на ходу, чтобы я уж наверняка запнулся. И ведь что интересно, с Игараси он этот трюк провернуть даже не пытался. Видимо, научен горьким опытом.

Ну, что сказать о мастерской? Первое впечатление — бардак. Второе, сложившееся к середине экскурсии — не всё так просто. Ну а третье, уже под финал: случайность это непроявленная закономерность. И Игараси-сама прекрасно эту закономерность знал, а потому и ориентировался в лабиринте боксов, куч хлама, которые здесь именовались складами, и нагромождений бэушной и в большинстве своём окончательно и бесповоротно вышедшей из строя техники великолепно. У меня даже возникло ощущение, что у него в голову встроен специальный логистический компьютер с соответствующей базой данных. Недаром же он главный снабженец!

Вторая отличительная черта моего нового места работы — дикий фьюжн технологий. Я даже не побоюсь этого слова — эклектика. Ангар неспроста выстроен из диэлектрического пластика и изолирован снизу. Какая-никакая, а всё же защита от магнитного поля Роксаны. И всё это ради того, чтобы более-менее нормально функционировало некое специфическое оборудование, даже в метрополии стоившее серьёзных денег. Промышленные репликаторы, 3Д-принтеры, химические синтезаторы, установки для спекания порошков металлов… и даже вулканизаторы здоровенные нашлись в приличной номенклатуре! Да здесь при желании можно организовать мелкосерийное производство практически любых механизмов, разве что электронные компоненты понадобятся привозные. Но и с этим проблем не было: Игараси-сама с нескрываемой гордостью продемонстрировал мне длинный ряд наглухо закрытых боксов, забитых фабричными упаковками с армейскими клеймами РКА.