Книга Концессия 3, страница 29 – Александр Быченин

— И ты станешь такой мелочью заниматься?! — не поверил своим ушам пленник. — Бесплатно?!

— А что, все остальные от ворот поворот дали? — догадался я.

— Сказали, баловство.

— И что это меняет? Баловство, зато полезное! — помотал я указательным пальцем перед носом у парня. — Ты, например, не задумывался, что этой вот фиговиной очень удобно подкрашивать всякое? Те же траки, да в труднодоступных местах? Или любое другое оборудование? Дома? Заборы? А?

— Для этого нормальные краскопульты есть.

— И много ты таким в стеснённых условиях наработаешь? — привёл я убийственный довод. — Вон, у меня тоже есть! И не кустарщина, а корпоративный! И чего? Знаешь, сколько я с ним мучился, пока трак до ума доводил?

— Да им разве объяснишь!

— А им не надо, достаточно того, что я понимаю, — подбодрил я пленника. — Ну как, договорились? Будешь со мной работать?

— И ты даже не спросишь, зачем я тебе ворота… разрисовал?

— Да мне вообще пофиг, — отмахнулся я. — Кто-то заплатил, ты сделал. Дай угадаю: «лос пескадорес»? Можешь не говорить, по глазам вижу, что они. Первые подсуетились. А там, глядишь, и ещё кто-нибудь подкатил бы… так не проще ли на меня работать? У меня задач много. Реклама… и реклама. И ещё реклама. И покраска квадов.

— А ты, гринго, гляжу, оптимист! — вернул былую уверенность Хавьер. — Думаешь, тебе… позволят?

— Ещё как позволят, — заверил я. — Человек-то нужный, что уже неоднократно доказал. Да и напарник мой не промах. Так что сам прекрасно понимаешь, вся эта суета со шпаной, мордобоем и мелкими пакостями всего лишь до поры, до времени. Как с фракцией определюсь, так всё и закончится. Буквально как по мановению волшебной палочки. Наверняка тебе не впервой подобным заниматься, так ведь? В общем, не катит отмазка. Ну и потом, старый добрый шантаж никто не отменял! По рукам?

— По рукам, — угрюмо вздохнул парень.

И демонстративно покосился на собственные верхние конечности, грубо прикрученные к подлокотникам: мол, и рад бы, да обстоятельства не позволяют скрепить сделку крепким рукопожатием, как то заведено у серьёзных мужчин.

— Ладно, ладно, развяжу! — буркнул я.

Впрочем, приближаться вплотную к истомившемуся пленнику благоразумно не стал — кто знает, в каком он состоянии? Ладно, если руки-ноги затекли, и он ещё минут пять кровообращение восстанавливать будет. А если каким-то чудом уже? Так ногу отвяжешь, а он тебя ею же в благодарность и пнёт. Понятно, что кто-то более-менее сообразительный дождётся, когда хотя бы одну руку освободят, но данный конкретный экземпляр производил впечатление типа порывистого и весьма эмоционального, так что ну его нафиг. Лучше за универсальным щупом-пробником схожу, он длинный, и у него на конце складные бокорезы предусмотрены. Самое оно проволоку перекусывать. И не только проволоку, но и, скажем, перемычки между отливками или ещё что-то подобное. Говорю же, универсальный инструмент.

Кстати, насчёт состояния клиента я ни разу не угадал. Бить меня он даже и не попытался, а вот сбежать — очень даже. Только ничего у него не получилось. Первый-то бросок вышел на загляденье, а вот потом сказалось длительное пребывание без движения — ноги подломились, а потом и руки, когда Хавьер рухнул на колени и опёрся на верхние конечности. Ну хоть плашмя не ляпнулся, и оклемался довольно быстро, после чего «рванул» к двери с черепашьей скоростью, с трудом орудуя сведёнными судорогой конечностями. И всё это на фоне подозрительно знакомого завывающего звука, доносящегося с улицы. В свете последнего обстоятельства я за этим непотребством наблюдал со стороны, не особо торопясь пресекать — пусть себе, чем ближе к финалу облом, тем сильнее разочарование. А тут вообще классический случай: с каждым пройденным миллиметром беглец демонстрировал всё большую уверенность во владении телом, а до двери уже и вовсе на своих двоих добрался. Я даже было собрался перекрыть ему путь к бегству, но как раз в это мгновение вой двухтактника стих, и уже буквально через пару секунд кое-кто решил проблему за меня: стоило только беглому художнику взяться за дверную ручку, как этой самой дверью ему и прилетело прямо в лоб. Новый визитёр за последние несколько дней у меня в мастерской бывал неоднократно, так что осторожность счёл излишней роскошью и дверь открыл чуть ли не пинком. Ну или как минимум от души толкнул. В результате эффект превзошёл все ожидания — паренёк отлетел назад, рухнул на пятую точку и с выражением неподдельного изумления на роже уставился на Инес, которая даже при её субтильном телосложении умудрилась занять почти весь проём.