Книга Меж двух миров, страница 167 – Александр Быченин

— Выкуси, падла!!! — восторженно… нет, не выкрикнул, а скорее выхрипнул Вова в ответ на возмущённый визг у себя за спиной. — Хрена вам лысого, а не Вову Иванова!

Столь многословным мой приятель стал по той простой причине, что как раз в этот момент с разбегу замахнул на дохлого слизня, служившего мне импровизированной вышкой. И, оказавшись рядом со мной, мгновенно развернулся и принял посильное участие в веселухе — я опомниться не успел, как Вовин «ручник» принялся плеваться расчётливыми очередями по три-пять патронов, да не просто в белый свет, как в копеечку, а ровнёхонько по таящимся хищникам. Реально на инстинктах! Я уже говорил, что Вова — монстр? Ну и ладно! Я и повторить не постесняюсь. Лично я так не умею — мне бы минимум раза в три больше времени понадобилось, чтобы оценить обстановку и локализовать угрозу. А этот же, блин, такое ощущение, что ещё на бегу спиной… а может, и седалищным нервом! — зверюг выцепил. И, проследив мой взгляд, моментально выцелил супостата.

Я, если честно, палил наудачу, и того, что попаду, совсем не ожидал. А вот Вова — тот знал, что делал. А ещё гораздо лучше меня контролировал эмоции. Я прекратил стрельбу больше от неожиданности — надо же, зацепил! А он — лишь убедившись, что конкретно так шуганул кошаков. А что это они, можно утверждать с очень высокой степенью вероятности. Просто потому, что нет здесь, в саванне, других подобных хищников, что охотились бы парами. Да и визг крайне красноречивый — кто хоть раз слышал, потом никогда не ошибётся.

О чём, бишь, я? Ах, да! На всё про всё Вова потратил патронов двадцать. Ну и потом где-то с минуту вглядывался в колышущийся травостой и напряжённо вслушивался. Да-да, после пальбы! Лично у меня уши заложило, а ему хоть бы хны — вот что значит привычка! И лишь затем мой приятель позволил себе расслабиться — опустил ствол и смахнул правой ладонью несуществующий пот со лба:

— Ф-фух! Ты не представляешь, Профессор, как я рад тебя видеть!

— Никогда не думал, что скажу такое, — застенчиво шмыгнул я носом, — но я тебя тоже! И даже — ты не поверишь! — убить тебя не хочется!

— А вот мне — очень даже! — развернулся ко мне лицом Вова.

И не просто развернулся, а выпустил пулемет из рук, так, что тот повис у него на шее на ремне, и засветил мне с правой прямо в глаз.

-//-

Всё ещё там же, всё ещё тогда же

Ну, как засветил? Попытался! Он же запыхавшийся был, да ещё и в силах тяжких, при «разгрузке» и рюкзаке. «Ручник», опять же, на шею давил и к земле-матушке тянул. В смысле, к поверхности Роксаны. А если ещё точнее — то к «шкуре» дохлого слизняка, по которому мы сейчас без зазрения совести топтались. Вот и получилось, во-первых, довольно неуклюже, а во-вторых, медленно. Естественно, я легко увернулся. Боксёрские инстинкты сработали. Да и чего там уворачиваться-то? Чуть голову отдёрнул, и просвистел Вовин кулак мимо. Куда больше усилий мне пришлось затратить, чтобы самому не вмазать вдогонку — очень уж он удачно подставился. Но я таки сдержался — чем не повод для гордости? А вот мой приятель, не ожидавший такой подлянки, что называется, провалился в удар и едва не рухнул на колено. Однако же устоял и от дальнейшей конфронтации воздержался, лишь сплюнул себе под ноги:

— Повезло тебе, Проф!