Книга Я так велю!, страница 102 – Александр Быченин

От неожиданности я вывалился из «предбанника» обратно в «колпак» и машинально утёр со лба холодный пот. Потом отдышался, и сфокусировал взгляд на «планшетнике», который так и покоился в моей раскрытой левой ладони. Ну а сфокусировавшись, грязно выругался и медленно выпустил сквозь зубы воздух из лёгких. По максимуму, чтобы столь же глубоко вдохнуть. А потом ещё раз. И ещё. И так до тех пор, пока не успокоил разошедшееся сердце — такое ощущение, что пульс у меня зашкаливал! Однако же справился с эмоциями и таки вернул себе способность мыслить рационально.

А поразмыслить, если вдруг кто-то не догадался, было, над чем. По той простой причине, что мой верный и уже привычный призрачный медвед… натурально мутировал! Да, силуэт медведа всё ещё угадывался, но был текучим и переменчивым, как… как «слизёныш»! Только полупрозрачный и искрящийся.

— Ну и как же это тебя угораздило? — хмыкнул я вслух, чтобы хоть как-то нарушить зловещую тишину, воцарившуюся под «колпаком». — Всё-таки ломанул код «мускусных»?

Текуче-блестящий медвед на мгновение стабилизировался, вернул исходную форму и… кивнул. Реально кивнул!

— Ну и когда успел? — буркнул я. И поморщился в ответ на «стробоскоп» сбивчивой «речи» Эшу Урсу: — Ладно, не отвечай! Скажи только одно: доступ к Путям у меня есть? В смысле, «мускусных»?

Ответом мне стал ещё один кивок, после которого медвед вдруг прекратил мерцать и «плыть», окончательно утратил плотность и втянулся в артефакт.

— Это, типа, приглашение? — недоумённо хмыкнул я. Ну и, не придумав ничего умнее, соскользнул в «предбанник», где снова сосредоточился на карте. — Ха! Ну ведь совсем другое дело!

Это я так на преобразившийся интерфейс среагировал. Не в общем и целом, а конкретно на русификацию — там, где раньше красовались абсолютно нечитаемые кракозябры, теперь красовались привычные кириллические значки. Жаль только, что в осмысленные фразы они не складывались. Да и знакомых слов — раз, два и обчёлся. В основном всё какие-то неудобоваримые сочетания согласных в жужжащем и шипящем стиле.

Впрочем, пофиг. Главное, что пока я отсутствовал, «паучок» мой таки отрастил лапу, которую и запустил… куда-то. Такое ощущение, что в стену «колпака». А на самом деле, полагаю, просто подключился к местному беспроводному интерфейсу. То есть да, у меня теперь есть доступ к здешнему компьютеру, но, к сожалению, нет понимания того, что вижу. Могу лишь чисто интуитивно действовать, чего, откровенно говоря, не хотелось бы. А что, если?..

Правильно говорят: хорошая мысля приходит опосля. Обычно, когда уже поздно. Но в этот раз мне повезло, я ещё успел. А именно, вовремя сообразил мысленно преобразовать «паучару» в привычный артефакт, и тем же способом, как и в реальности, подключиться к интерфейсу «планшетника». И — тадам! — догадка моя оказалась верна: в нём появились дополнительные кнопки и даже целая панель инструментов, правда, снабжённая абсолютно непонятными значками. Пришлось «кликать» по каждой кнопке, благо их оказалось не очень много, и выяснять назначение опытным путём. В семи случаях это оказался дохлый номер, зато в оставшихся трёх буквально глубины разверзлись: первая «иконка» скрывала нечто вроде истории браузера с ранее пройденными маршрутами, вторая — приблизительный аналог видеоплеера, ну а третья — расширенные настройки координатной сетки. Первому «подарочку» я обрадовался, как родному. Второй подгон оценил, но пока в потенциале — скорее всего, это доступ к тому самому «телевизору», что Ли Тегуай активировал в островном «схроне». Ну а третий… третий оказался наиболее ценным: проигнорировав большую часть ползунков и крутилок, я буквально прикипел взглядом к панельке с кнопками-переключателями, позволявшими автоматизировать все процессы, связанные с определением, коррекцией и задачей координат в точке выхода. Не удовлетворившись первым впечатлением, я совершил тестовый «перепрыг» на мелководье возле узнаваемого мыса. Зачем? Да чтобы зафиксировать настройки координат. Получилось, кстати, в чём я и удостоверился после возвращения в хаб. Ну а далее последовала мини-серия экспериментов аж из трёх штук: установка высоты выхода в метр, потом тоже в метр и на три в сторону, ну и на сладкое — автоматическая привязка к рельефу. Как и ожидалось, сработало выше всяких похвал: нужная комбинация кнопок активировала режим «бреющего полёта», когда я оказывался в точке выхода строго на подходящей опоре. По-хорошему, проверить бы ещё на воде — например, на первой исследованной напарничком точке, где он с десяти метров в море рухнул. Но мокнуть как-то не очень хотелось, и я позволил себе смалодушничать. Потому что нефиг! У меня и без этого дел полно. Вон, уже почти час экспериментирую, боюсь, Вова на нервяке.