Книга Оружейники I, страница 78 – Александр Быченин

— Вуф?!

— Шучу, шучу, расслабься, Бадди. – И нравоучительно продолжил: – Котенка с таким именем во дворе ждут одни неприятности. Так что будешь Василевсом, как император Священной Римской империи…

— Дэн, ты спятил?!

— Нет, Василевс слишком пафосно. Василий! Точно, будешь Васька.

— Дэ-эн! Ты чего там бормочешь?

— Кличку придумываю.

— И как, надумал?

— Ага. Будет Васька.

— Как-как?!

— Бэйзил.

— А ничего так, нормально, – одобрил Мак. – Ты что, серьезно его с собой решил взять?

— Почему нет?

— Капитан будет против.

— Ну и пусть его. Но здесь я Василия не оставлю. Слишком жестоко это.

— А ты сентиментален, Дэнни-бой.

С этим утверждением я спорить не стал. Элементарно сил не осталось. Кое-как добрел до облюбованного заранее пятачка, и приткнулся на самом краю, блаженно вытянув ноги. «Нежданчика» пристроил на пузе, оттолкнув любопытную морду Бадди, и принялся аккуратно поглаживать нового питомца по холке, за что и был незамедлительно награжден благодарным урчанием. Васька завибрировал всем своим невеликим тельцем, как это кошки умеют, и я впервые за эти суетные дни ощутил умиротворение.

Однако долго блаженствовать не получилось – примерно через полчаса, пролетевшие как один миг, Гленн задрал голову к небу.

— Пляши, Дэнни-бой! Кавалерия прибыла!

И чего он там высмотрел? В упор не вижу… хотя… точно! Вон точка какая-то подозрительная. Что характерно, растущая с каждым мгновением…

— Мак, что он делает?!

— А я знаю?!

— Твою маму!!! Бежим!

— Сидеть! Энди свое дело знает.

Не факт, что это именно Энди. Но Макдугал соратника всяко лучше меня изучил, может, по манере пилотирования определил, что это именно он.

А манера, надо сказать, весьма своеобразная – это с какого перепоя надо быть, чтобы бросить катер в штопор с нескольких тысяч метров?! Вот зачем так рисковать? А если не сумеет падение замедлить? От нас тогда и коллоидного месива не останется. Будет вместо забетонированного пятачка симпатичная воронка нехилого диаметра… Блин!!!

Обошлось. Катер замедлился почти до нуля метрах в ста от земли, и на поверхность опустился предельно аккуратно, гостеприимно распахнув люк пассажирского отсека.

— Быстрее, парни! Сюда аномалия идет! – громыхнули внешние динамики искаженным, но все же узнаваемым голосом Энди Чана, и мы оперативно загрузились в транспорт.

Мак первым делом усадил в кресло Бадди и только потом о себе позаботился. На мою долю остался «нежданчик», но его я отдельно посадить постеснялся – слишком уж негабаритный пассажир – и разместил у себя на коленях, придавив ладонью, чтобы не дергался.

Створки скользнули на свои законные места, и катер, судя по ощущениям, плавно оторвался от земли. Некоторое время он поднимался на антиграве, а потом Энди заставил машину задрать нос в зенит и врубил маршевые движки. Удар ускорения получился куда сильнее, чем при старте с «Молнии», и я против воли коротко ругнулся.

— Извините, парни, но сейчас в нижних слоях атмосферы опасно, – пояснил маневр Энди.

Что-то он многословен сегодня. Не к добру.

— А что стряслось-то?

Это уже Мак. Любопытству упадок сил не помеха, даже резко увеличившееся давление на грудь преградой не стало.

— Аномалии.

— Ни фига себе!..

— Некоторые километров до пяти бьют. Строго вверх, в стороны не распространяются. Полеты из-за них запретили.