Книга Операция «Сафари», страница 378 – Александр Быченин

— Марк, пошли майора вытащим, – окликнул я подчиненного.

Сержант перестал таращиться на результаты собственной деятельности и присоединился ко мне. Пока добрели до переборки, пришлось несколько раз отпихивать в сторону жутко изувеченные трупы. Впрочем, они уже почти полностью остыли, на дисплее выглядели странно изогнутыми темными пятнами и не вызывали никаких эмоций.

За телом Шелеста пришлось нырять – его придавило сорванным с законного места креслом. Видимо, в него попал случайный унитар, потому что ничем другим объяснить появление этого предмета далеко в стороне от зоны ожидания, чуть приподнятой над остальным залом, было решительно невозможно. В конце концов, майора мы вытащили и осторожно поволокли к той самой VIP-зоне, обставленной приличной мебелью с обивкой из кожзаменителя. Здесь уровень воды был всего по щиколотку, и куски тел сюда не заносило – они скапливались у среза подиума. Уже почти добравшись до места, я вдруг уловил краем зрения золотистую вспышку. Та-ак, кто-то недобитый.

— Марк, тащи майора к дивану, – распорядился я. – Аккуратнее только, руку не потревожь. А я проверю вон тот закуток. Вроде недобиток нашелся.

Федотов кивнул и поудобнее перехватил тело Шелеста. Я же двинулся к довольно высокой, выгнутой буквой «П» стойке недалеко от «предбанника». До разгрома зала там располагался, по-видимому, ресепшн, а сейчас образовалась этакая заводь, защищенная от постороннего взгляда. Если бы не случайность, хрен бы мы кого засекли. По крайней мере, до тех пор, пока терминал не осушили бы.

Я взял «викинг» на изготовку и с опаской заглянул за стойку. Так и есть – живой кто-то. Перевел зрение в оптический диапазон, машинально сглотнул слюну и удивленно воззрился на недобитка: по горло в багровой жиже сидел увечный Жорж собственной персоной. Здоровой рукой он цеплялся за столешницу. Завидев меня, отпустил предмет меблировки и погрузил конечность в воду – видимо, пистолет хапнуть попытался. Это ему не удалось – лишенное поддержки тело тут же погрузилось по самую макушку, и бывший главарь пробкой вылетел из воды, фыркая и отплевываясь. Я между тем сократил расстояние между нами до минимума, выпустил из рук «викинг», повисший на ремне, и от души врезал старому знакомцу по и так уже сломанному носу. Подхватил обмякшее тело за «разгрузку», подтянул к себе, вытащил из кобуры пистолет и отшвырнул за спину. Кусок смертоносного металла с отчетливым бульканьем ушел на дно. На всякий случай обхлопал пленника, но другого оружия не нашел и поволок его к относительно сухому островку подиума. К тому моменту, как мы с бывшим главарем достигли места назначения, Федотов уже разместил Шелеста на одном из диванчиков и задумчиво рассматривал его левую руку – прикидывал, как проще всего освободить заблокированную подрывную машинку. Услыхав за спиной хлюпанье шагов, он обернулся и удивленно воззрился на пленника.

— Жорж, сука! Живой! Вот это сюрприз!

— Еще какой сюрприз! – поддержал я напарника и швырнул недобитка на свободный диван. – Приятный, что характерно. Сейчас побеседуем по душам.

Однако сначала пришлось вывести бывшего главаря из столь жалкого состояния. После тщательного осмотра бесчувственного тела я пришел к выводу, что все не так плохо – кроме покалеченной руки и дважды разбитого носа, других повреждений не обнаружилось. Возможно, сотрясение мозга еще имеется, но проверить это пока не получилось. Вообще, повезло ему несказанно – в бронекостюме третьего класса защиты предусмотрена система экстренной помощи в виде встроенных в конечности жгутов и автоаптечки. У Шелеста, кстати, похожая была, вкатила слоновью дозу медикаментов, вот он и сумел протянуть, пока взрывмашинку не обезвредил. Жоржу манжета перетянула руку и не позволила истечь кровью, а инъекция «пейнкиллера» спасла от болевого шока. По здравом размышлении я залил изуродованную конечность антисептиком и репарирующим гелем, затем раскромсал рукав и перерезал стягивавший запястье жгут. Затем запихал пленнику в ноздри ватные тампоны и привел его в чувство парой пощечин. Жорж открыл глаза и уставился расширенными зрачками в непроницаемое забрало. Губы его затряслись от ужаса.