Книга Э(П)РОН-2, страница 19 – Александр Быченин

Мы тоже так думали, ага. И оказались неправы: ни первый, ни второй, ни энный «зов» «пуповину» не выявили. Нашли два десятка разнообразных объектов — как «гексов», так и хуманов, но ни один человеческий «утопленник» не соответствовал параметрам яхты серии «Номад». Да и по координатам они сильно отличались от нужных.

Кэп, довольно надолго задумавшись, выдал версию, что бритты в большинстве своем довольно странные люди, а их бабы — в особенности, то есть «Красотка» могла отправиться в пункт назначения не по кратчайшему пути с одним прыжком, а дать крюк — уж по какой-такой надобности, Рин-сан гадать не брался. Соответственно, и прыгнуть она могла раньше, на меньшей скорости. То бишь следовало пошерстить «пуповины», оказавшиеся внутри изначально вычисленного радиуса. Я по размышлении согласился, но и здесь нас постигло разочарование: подходящих «проколов» не нашлось.

Нам оставалось только чесать репы и коситься друг на друга с нехорошим прищуром. Причем насчет кэпа я даже не уверен — у него всегда такой прищур, можно сказать, природный. А время между тем шло. И идей не было — вся надежда именно на обнаружение входа в «прокол», он же «пуповина». Помните, я рассказывал про «головастиков» на виртуальной модели Границы? Самый простой вариант отыскать канувший в подпространстве корабль — отследить подпространственный «туннель». Я бы даже рискнул сравнить его с раневым каналом от древней пули. В общем, зная точку входа и направление, можно за несколько пробных «погружений» по азимуту в континууме ПВ провести аппроксимацию данных и построить более-менее точную математическую модель. И по ней вычислить точку пространства, из которой можно подобраться к «утопленнику» по методу «погружения», изменяя исключительно третью временную координату. Но… «пуповину» мы так и не нашли. О чем это могло говорить? Лично мне в голову пришло лишь два варианта. Первый — «Красотка» не покидала окрестностей системы Кайя-13 и не совершала подпространственного прыжка. И второй — из прыжка она все-таки вышла, поэтому «прокол» закрылся и «пуповина» рассосалась. И только потом с судном произошло что-то нехорошее. На это даже Лизка не нашлась, что возразить, не говоря уж о капитане. И поскольку первый вариант нас не устраивал категорически, ибо означал, что яхта где-то в системе, среди множества не поддающихся идентификации обломков, то оставалось уповать на второй. И в этом случае из самого факта прыжка также следовало сразу два важных вывода: если они прыгнули куда-то еще, а не в сторону Ригеля-7, то мы их вовек не найдем — раз; но если они прыгнули именно туда, но пропали, значит, с ними что-то стряслось именно в окрестностях точки выхода — два. То бишь простая логика требовала проверить второй вариант, и только в случае очередной неудачи опускать руки.

И тут встал вопрос целесообразности. В наше время Ригель-7 был заброшен, поскольку очень сильно пострадал в войне сорокалетней давности, а еще попадал в зону интересов всех сторон конфликта, и стал сначала карантинной системой, а потом был предан всеобщему забвению. Правда, запрет на посещение действовал по сию пору. Но останавливало нас вовсе не это — ну кто попрется в такую даль, чтобы нас наказать? Это же в первую очередь экономически невыгодно. А вот нарваться на кого-нибудь злокозненного, руководствовавшегося схожей логикой, можно было запросто. Понятно, что «Спрута» голыми руками не возьмешь, но вот «Набат» в этом плане был более уязвим. Впрочем, я был готов рискнуть, разве что продавил то самое обещание Лизки — пересидеть шухер на борту у Рина.