Книга Э(П)РОН-3, страница 162 – Александр Быченин

— А чему ты удивляешься, дядя Герман? Это ты, как представитель правящего рода, выше традиций и уложений. И это бунтовщики, как замыслившие нехорошее, вне правового поля. А для абсолютного большинства в клане традиции — основное связующее звено.

— Как тряпка для быка, чтоб их!

— Так чего они хотят-то?

— Чтобы я предъявил тебя, живого и здорового. Срок — двое суток. В противном случае меня объявят убийцей законного наследника и узурпатором. А это, как ни крути, против традиций.

Твою же… как раз этого я и пытался избежать, свалив из дома накануне совершеннолетия. Как бы я ни храбрился, на родной клан мне все же не совсем плевать. И теперь нате вам…

— А с чего они вообще решили, что я мертв? Вернее, почему только сейчас тебе это предъявили?

— Потому что твоя новая личность — секрет Полишинеля. Я все думал, зачем к тебе старики прилетали… получается, вот за этим. За доказательствами. И ведь с них даже не спросишь! Они в своем праве. Равно как и те, кто к ним обратился.

— То есть они убедились, что я жив, дееспособен и развил кипучую деятельность?

— Ты забыл еще одно важное обстоятельство: не просто кипучую деятельность, а застолбил абсолютно новую делянку, которая сулит баснословные прибыли, причем не только финансовые, но и репутационные! И все это мимо клана.

— Но ведь ты же в доле!

— Вот именно, я! Лично я, не клан. И это был последний гвоздь в крышку гроба. Они дождались, когда ты сбежишь с Картахены, ввязавшись в очередную тайную авантюру, и выкатили мне ультиматум. Вот теперь ты знаешь все.

— И что же от меня требуется? Давай, деду Захару позвоню. Или еще кому-нибудь.

— Это их категорически не устроит. Ты должен засвидетельствовать свое почтение перед советом. Лично. Все остальные ухищрения не подействуют, заинтересованные лица будут настаивать, что любую запись можно подделать. А так тебя просканируют и убедятся.

— Черт… ты ведь понимаешь, что это ловушка?

— Естественно, Александр. Причем элементарная. Я просчитал на три шага вперед, к чему они ведут. Именно поэтому я и решился тебя попросить… об услуге.

— Я не могу исчезнуть. Только не сейчас, сам же знаешь.

— А это и не вариант. Бойня все равно разразится, просто, думаю, в этом случае придется схватиться моему блоку с бунтовщиками. А основная масса родов будет наблюдать со стороны и ждать, чем все это закончится.

— Ну так в чем же дело? Усмири бунтарей.

— Все не так просто, Александр. У нас паритет сил. Если победа и будет на моей стороне, то она станет пирровой. Клан лишится наиболее активных членов, способных к руководящей работе и при этом решительных. И что дальше? Деградация, распад и поглощение конкурентами?

— Незадача…

— Еще какая! Поэтому я тебя прошу — прилетай на «Архангел Михаил». Поговори с представителями родов, со старейшинами, просто отведи от меня подозрение.

— Ну, в этом ничего сложного… все равно собирался выходить из подполья. Но ведь это наверняка будет только начало! Они попытаются провернуть какую-нибудь бяку — да хотя бы стравить нас с тобой!

— Обязательно попытаются.

— И ты все равно меня просишь?

— Все равно.

— У тебя есть план, — пришел я к очевидному выводу.

— Есть, — не стал отпираться дядька.

— И какой же?

— Я в тебя верю.

И отключился. Да-да, я тоже был в шоке. Почти полчаса просидел, тупо пялясь в обзорный экран. А потом заглянул в доклад Кумо (как и ожидалось, следов «Аделаиды» в окрестностях точки входа не было), вырубил все средства связи, погасил свет, приглушил приборные панели и погрузился в мучительные раздумья, результат которых вам уже известен — я таки явился на «Архангел Михаил». Причем никого не поставив в известность, кроме, разве что, дяди Германа. Сюрприз хотел устроить кое-кому, а для этого пришлось поторопиться и появиться в резиденции совета на сутки раньше срока. Судя по оказанному приему, уловка сработала — меня не ждали так рано. Если вообще ждали.