Книга Э(П)РОН-5, страница 76 – Александр Быченин

— Долго вы там ещё играться будете, э?! — возмутился Рин-сан, но мы от него попросту отмахнулись — не до тебя, старый ниппонский зануда.

А Кумо ещё и усугубил ситуацию, азартно заявив:

— Всё, сэр, я просчитал режим! Вероятность удачного преодоления «мембраны» превышает восемьдесят процентов!

— Ну давай тогда! Чего ждём?!

Однако нам понадобилось еще двё попытки — первая, как нетрудно догадаться, неудачная, спровоцировавшая очередную порцию «кругов на воде», а вторая…

Я даже не сразу сообразил, что стряслось. К лёгкой тошноте с головокружением мы уже приноровились, к тому же аптечки помогли, вовремя впрыснув соответствующие ситуации препараты, да и к небольшим зрительным искажениям тоже привыкли, тем более что они очень быстро проходили, стоило только «Набату» выйти из режима «мерцания». Но вот к такой «звенящей» тишине мы готовы не были. Космос, при всей своей кажущейся пустоте, всегда чем-то наполнен — излучением, волнами различной природы, вплоть до радио, царапающими обшивку микрочастицами, разреженным газом… и всё это вкупе давало постоянный фон на сканирующем комплексе, который приходилось отфильтровывать программными средствами. И всё равно помехи периодически прорывались в «дополненную реальность». Здесь же и сейчас не фиксировалось ни единого постороннего «шума»… за исключением нашего с Лизкой дыхания. Ну и ещё сердцебиения. Или это просто у меня в ушах кровь стучит? Чёрт, реально «звенящая тишина»! А еще сверхчёткая картинка на обзорном экране, половину которого занимала туша древней станции.

— Прорвались?.. — первой подала голос Лизка. — Жутко-то как!

— Не фиксирую ни одного повода для опасений, механик Заварзина.

— Не обращай внимания, Кумо, просто у Елизаветы специфический опыт отсутствует, — буркнул я, по большей части, чтобы убедиться, что мой собственный организм всё ещё функционирует в штатном режиме. — Что скажешь, кстати? Механик Заварзина задала очень животрепещущий вопрос.

— Судя по изменившимся показателями забортной среды, прорвались, капитан Заварзин.

— Ну-ка, ну-ка, поподробнее с этого места… какие показатели? Насколько изменились? И вообще, прогноз давай.

— Концентрация твёрдых и газообразных частиц, — принялся перечислять «мини-гекс», — интенсивность излучения, уровень солнечной радиации, «звёздного ветра», гравитационная постоянная…

— Ну-ка, стоп! Это как вообще?

— Гравитационная постоянная? — уточнил Кумо. — Сам не пойму, сэр. Фиксируются разнонаправленные векторы, но направлены они не к центру масс замкнутого объёма пространства, а от него.

— Хм… ты уже что-то такое говорил, — припомнил я. — Верно, кэп? Кэп? Ты чего молчишь?

— Связь с объектом «Спрут» прервалась сразу же после «мембраны», сэр.

— В каких диапазонах?

— Во всех стандартных, сэр.

— Н-да… но мы же его по-прежнему видим?

— Так точно, сэр! — выделил Кумо рамкой тушу «Спрута».

Кстати, теперь он потерял чёткость, что было вполне объяснимо и с точки зрения банальной логики, и даже с точки зрения физики подпространства.

— Просигналь ему морзянкой, что у нас всё в порядке, — озвучил я сам собой напрашивавшийся вариант. — Лазер есть?

— Специализированного нет, сэр, но я воспользуюсь одним из элементов сканирующего комплекса… процесс активирован… процесс завершён.