Онлайн книга «Водный мир»
|
— Ф-фух! — расслабленно выдохнул пленник, вынужденно расставшись с вожделенной ёмкостью. — Забористая штука! — Ты не спьяней только! — Об этом мне остаётся только мечтать, белолицый! — огрызнулся абориген. И поник буйной головушкой: — С некоторых пор, мадре пута!.. — Эй, мальчики, а что вы тут делаете? — прервала нашу высокоинтеллектуальную беседу Лерка, как раз в этот момент добравшаяся до глайдера. — Вань, это кто? Чего он какой лохматый? При звуке её голоса пленник, такое ощущение, заново обрёл интерес к жизни: мотнул головой, отбрасывая непослушные патлы, и уставился прямо на девушку. Ну а поскольку я тоже машинально оглянулся, то и стал свидетелем практически немой сцены: Лерка вдруг изменилась в лице и потрясённо прошептала: — Лукиньо?.. 4 Н-да… дорого бы я дал, чтобы посмотреть в этот момент на себя со стороны. Рожа наверняка вытянулась, да и глаза на лоб полезли. Про мозги набекрень и говорить не стоит — всё, на что меня хватило, это неверяще протянуть: — Да ну на хрен… А вот абориген, наоборот, весьма оживился: — Ну наконец-то хоть кто-то!.. Мадре миа, как долго я этого ждал! Понятно, что лопотал он на своём наречии, но софтина в «нейре» услужливо транслировала перевод прямо мне на слуховой нерв, что при моей сфере деятельности к диссонансу не приводило — привык. Дипломатия это не шутка, порой… да какой, к чёрту, порой! — всегда на кону столько, что поневоле перестаёшь надеяться только лишь на собственный языковой багаж. А в случае с наречием Протектората Чжунго так и особенно. Поэтому я сейчас воспринимал информацию не столько на слух, сколько зрительно — считывал малейшие движения мимических мышц пленника, машинально отмечал мельчайшие жесты и ни на миг не отпускал его бегающий взгляд. И мог с очень высокой долей вероятности утверждать, что облегчение парень испытал нешуточное. Такое не сыграешь, будь ты хоть гений-лицедей. То есть, получается, что парень?.. Тьфу, м-мать! Какой он, к демонам, парень?! Матёрый мужик в теле юнца! Но… как?! Как, я вас спрашиваю?! — Хей, сеньорита Балериа! — расплылся тем временем в довольной ухмылке Лукиньо. — Я вас тоже помню! Какая хорошая девчушка, мадре пу… э-э-э… миа! Грасиас, сеньорита! — Лер? — покосился я на подружку. Сказать, что она была удивлена, это ничего не сказать. Тут скорее подойдёт более грубый, но предельно чёткий эпитет. Ну а если цензурно, Лерка пребывала в тотальном офигении. Уж тут-то можете мне поверить, я зазнобу за этот год с лишним изучил очень хорошо, поскольку пришлось неоднократно столкнуться со всем её эмоциональным спектром. А конкретно сейчас она вообще дар речи потеряла. — А?.. — очнулась, наконец, девушка. — Вань, я… сплю?! — Ни в коем случае, сеньорита! — с изрядным рвением замотал головой абориген, опередив меня буквально на мгновение. — Это я, тот самый Лукиньо, старый… — … пропойца! — закончила за него фразу Лерка. Судя по ожившему лицу и раскрасневшимся щекам, она окончательно вышла из ступора. Осталось только с сумбуром в мыслях совладать. У меня, кстати, сейчас точно такая же проблема. — Но… как?! — Это очень грустная и поучительная история, сеньорита… — Профессора куда дел, лишенец?! — прервал я словоизлияния аборигена. — Эйген где?! — Сеньор Эухенио больше не с нами, — потупил взгляд Лукиньо. |