Книга Водный мир. Конкиста, страница 190 – Александр Быченин

На этот раз пауза особо не затянулась, поскольку слово взял Борис Химичев, медик по основной профессии:

— Похоже, правду парень говорит! Краше в гроб кладут.

Я, если честно, и сам только сейчас предков увидел, а потому тоже весьма впечатлился. Очень, знаете ли, непривычно лицезреть отца в бинтах и, кхм, обрезанного на одну конечность. Ну а мать поражала смертельной бледностью и еле заметным дыханием, хотя никаких видимых повреждений на ней и не было. Плюс куча специфической аппаратуры с многочисленными экранами, световыми индикаторами и всяческими шуршаниями и попискиваниями.

— Уверен, Борь? — уточнил Яков Богатов.

— Более чем! — заверил тот. — Выкарабкаются, думаю, оба, но на данный момент они однозначно недееспособны. Так что Иван Елагин, сын Ильи, здесь и сейчас законный предводитель рода Елагиных. Увы, глава! — развёл Борис под конец руками, перехватив недовольный взгляд Аверина.

— Что ж, значит, быть посему! — заключил Сергей. — Статус Ивана Елагина подтверждаю, выслушать его законные претензии к главе клана в соответствии с буквой Уложения согласен. Ещё вопросы?

— Как ты сюда попал? — на росском, но с заметным акцентом поинтересовался вдруг Цзян Юань.

— Ну, я же у вас не спрашиваю, как вы сюда попали, господин Цзян? — иронично парировал я, намекнув на явную неуместность его пребывания на внутриклановой разборке. — Тем не менее, отвечу: пришёл вот этими вот ногами. Оттуда, — ткнул я себе за спину пальцем.

— Очень смешно, — покивал гость из Чжунго. — И всё же?

— Прилетел на глайдере, — с бесконечным терпением в голосе пояснил я. — Ещё вопросы, или перейдём, наконец, к сути?

— Я посмотрел твоё… тц-тц… твой манифест, юный Ван, — пропустил мимо ушей моё раздражение Цзян. — И мне очень интересно, как ты проник в кабинет Станислава Аверина-Концева? Почему тебя не остановила охрана?

— Потому что я ниндзя, — пожал я плечами. — А вы разве не знали, господин Цзян? В таком случае сюрпри-и-и-из!

— Не стоит ёрничать, юноша, — остался тот серьёзен, — насколько мне известно, мастер Лю не имел никакого отношения к Лин Куэй, поэтому не мог обучить тебя ничему подобному.

— Меня Рин научил, — уже не скрываясь, усмехнулся я в лицо вайгожэнь. — Извините, конечно же, капитан Рин! Соратник Алекса Заварзина, если кто вдруг не в курсе. А он к синоби-но моно имеет непосредственное отношение. Вы удовлетворены моим ответом, господин Цзян?

— Нет, — мотнул головой тот.

— Ну и ладно! Тогда считайте, что это моё ноу-хау! — принялся я сверлить Цзяна пристальным взглядом.

И тот, вы не поверите, стушевался! И даже на всякий случай отступил за трон Аверина, затерявшись на фоне монументального сооружения и его не самого мелкого, кхм, восседателя.

— Теперь-то уж всё?! — пробежался я взором по присутствующим. — Наконец-то! Перехожу к сути вопроса, судари мои. А она весьма проста: я подозреваю, что Станислав Аверин-Концев не единственный виновник тех бед, что обрушились на род Елагиных за последнее время. Есть у меня ощущение, что за ним стоит кто-то ещё. И этот кто-то — действующий глава рода Авериных, и он же глава клана Авериных, Сергей Аверин!

— Доказательства? — невозмутимо поджал губы тот.

— Прямых нет, только косвенные, — с демонстративным сожалением вздохнул я. — Вернее, пока нет. Но и косвенных более чем достаточно, чтобы прийти к очень нехорошему выводу: Сергей Аверин чужими руками избавился от конкурента. Схема проста: либо, что крайне маловероятно, Станислав Аверин гибнет в конфликте с Елагиными, либо смерть принимают Елагины. В первом случае проблема решается сама собой: нет человека, нет, соответственно, и проблемы. А во втором, казалось бы, усилившийся за счёт ресурсов Елагиных Станислав Аверин подвергается остракизму со стороны представителей высшего общества Гессионы и таким образом лишается их поддержки в случае вооружённого мятежа либо вызова действующего главы на поединок. Иными словами, на месте Елагиных мог оказаться кто угодно. Скорее всего, нас выбрали как слабейших по людским ресурсам, ну и «дорогой» господин Цзян посодействовал. Нет-нет, это лишь предположение! Никаких международных скандалов, прошу вас! Однако же ирония ситуации заключается в том, что сработал первый вариант плана — я, Иван Елагин, выжил и взял жизнь Станислава Аверина-Концева в качестве кровавой платы. И здесь я, надеюсь, в своём праве? Доказательств достаточно?