Книга Водный мир. Конкиста, страница 91 – Александр Быченин

Последний словно магнит притянул наши с Агуэем взгляды, и в этот момент я окончательно определился с дальнейшими действиями. А именно, сдёрнул с шеи собственное ожерелье и небрежно швырнул его к ногам шамана:

— Держи! А твой я забираю.

— Почему это?! — возмутился куму-пойаи, проигнорировав «гостинец».

— Потому что я тебя победил, и теперь это мой трофей, — любезно пояснил я. — Это же всего лишь безделушка, подтверждающая твою принадлежность к касте, правильно я понимаю? Так что забрал по праву сильного, если ты ещё до сих пор этого не понял. Или хочешь повторно бросить мне вызов?

— Нет! — рявкнул шаман.

Правда, перед этим страшно повращал глазами и цыкнул сквозь зубы, окончательно и бесповоротно убедив меня, в том, что врёт, как дышит.

— Что «нет»? Не хочешь бросать вызов? — прикинулся я шлангом.

— Нет! Не согласен! Это… — бросил он презрительный взгляд на дарёное ожерелье, — не моё! Там нет всех моих…

— Ну, договаривай! — хмыкнул я с усмешкой, выдержав вслед за шаманом небольшую паузу.

— У него недостаточно силы, чтобы поддерживать во мне жизнь! — буквально выплюнул Агуэй, уставившись на меня с нескрываемой ненавистью. — Отдай мой!

Хорошая попытка, куму-пойаи, но я все равно тебе не верю…

— Не-а, — невозмутимо мотнул я головой, — и не проси! Во-первых, ты мне врёшь. Ну, насчёт недостаточной силы. На твой век точно хватит!

— Я постарею! — предпринял последнюю попытку отмазаться шаман. — Телесно, я имею в виду!

— Сильно? — уточнил я.

— Ну, на вид кругов на десять… может, пятнадцать…

— С тебя не убудет! — усмехнулся я, и безжалостно резюмировал: — Отказать! Ещё возражения?

Я прекрасно видел, что Агуэю есть, что сказать. Его прямо-таки распирало от эмоций. Но при этом ничуть не меньше он жаждал продолжать водить меня за нос. И наблюдать за этой внутренней борьбой было весьма забавно.

— А, чтоб тебя!!! — махнул шаман в сердцах рукой, и потянулся к моему бывшему амулету. — Ты победил! Ты теперь старший! Пользуйся! Если сможешь!

— Спасибо, что разрешил! — хмыкнул я, и сдёрнул с «тентакля» ожерелье куму-пойаи. — Кстати, а не к этой ли безделушке привязан статус носителя?

— Чего?! — растерялся расстроенный Агуэй.

— Ну, в смысле, куму-пойаи тот, у кого вот это ожерелье? — покачал я артефакт в руке на манер маятника.

Каюсь, прямо перед носом у шамана.

— Нет! — рыкнул Агуэй и отвернулся, нехотя накинув на шею теперь уже свой новый артефакт. Но даже по спине и затылку было видно, как его передёрнуло от отвращения. Тем не менее, «слеза ангела» явно подействовала на организм шамана положительно — тот и задышал спокойнее, и даже плечи невольно расправил. — Ты правильно сказал, амулет говорит, что человек шаман! Любой амулет со «слезой ангела»! Как только становишься учеником, сразу такой получаешь, и он потом с тобой всю жизнь! Обычным людям такие носить нельзя, табу! Наказание — смерть! Куму-пойаи становятся, познавая мир! А с тобой знаниями никто делиться не станет!

— Ой ли? — ухмыльнулся я Агуэю в спину. — А как же наш договор?

— Добровольно не станет! — огрызнулся шаман, и медленно побрёл к воде, рывком поднявшись на ноги.

Хм… что-то слишком резко ему полегчало! Пожалуй, не стоит его отпускать обратно в Паутину, проблем потом не оберёмся. И вообще, стрёмно прямо сейчас с ним куда-то лезть, пусть даже самая здоровенная на архипелаге «слеза ангела» заключена в ожерелье, что мотается у меня на вытянутой руке. Вернее, как раз из-за неё: шаман же сам сказал, что она заговорена на защиту и будет отталкивать меньших по размеру товарок, когда они вместе окажутся в «изнанке». То есть я сам, так сказать, собственноручно обеспечу Агуэю благоприятные условия для побега — едва мы «просочимся» в «хаб», его тупо выбросит из центра сферы, и он вылетит из Паутины в рандомном месте в пределах архипелага. И ищи его потом! «Маячки»-то за давностью действа уже рассосались в организме, и хрен его дистанционно отследишь.