Книга Водный мир. Герилья, страница 131 – Александр Быченин

Стоит ли говорить, что проф даже не сопротивлялся? Правда, пришла беда, откуда не ждали — от восхищения он потерял дар речи. Пришлось буквально вытягивать каждое слово. Не мне, Лиу Цзяо. Но даже в таком состоянии профессор умудрился поразить меня в самое сердце, когда мой «мини-гекс» задал стандартнейший вопрос об идентификаторе.

— Христофор! — не задумываясь, выдал Леркин дед.

— Принято, специалист Эйген, — невозмутимо подтвердил Лиу Цзяо.

А вот я не сдержал любопытства:

— А почему, если не секрет, профессор?

— Что именно, Ванюша? — немного пришёл в себя Эйген.

Ага, чуток попустило! Надо продолжать в том же духе.

— Имя, — пояснил я. — Почему именно Христофор? Что-то знакомое, но не вспомню…

— А! Это просто, Ваня! — расплылся в довольной улыбке Евгений Викторович. — В честь двух великих мореплавателей, реального и вымышленного.

— Яснее не стало, проф.

— Христофор Колумб, открыл Америку, а вместе с ней и культуры коренных обитателей нового материка, Вань. Такие вещи знать надо!

— История древнего мира не мой конёк, профессор, — отмазался я. — А второй кто?

— А второй — Христофор Бонифатьевич Врунгель, капитан яхты «Беда».

— Эк вы взяли! — невольно восхитился я профессорским кругозором. — Ещё одна легендарная личность?

— Скорее, литературный персонаж, — поправил меня Эйген.

— А какая разница⁈ — пожал я плечами.

— Большая, Ваня, мальчик мой! Я бы даже сказал, колоссальная! Под легендами всегда есть какая-то основа, это я тебе как профессионал говорю. А Врунгель персонаж полностью выдуманный. Но зато какой! Неужели тебе про него сказки в детстве не рассказывали?

— Да как-то не довелось…

— Странно. А у нас на Святом Иакове это довольно популярная детская книжка!

— Разница культурного кода, проф, — снова пожал я плечами. — Кому как не вам это понимать?

— Пожалуй, мой мальчик. Пожалуй…

— Ну и с остальным давайте определяйтесь, проф!

— Сейчас, дай с мыслями соберусь…

И ведь не соврал — таки собрался, наделив Христофорушку, как он незамедлительно переиначил «мини-гекса», тягой к карточным и азартным играм, вернее, к их теории, а также к социологии. Кто бы сомневался, да. Ну и в противовес всей этой «гуманитарщине» профессор Эйген подобрал системный анализ и администрирование компьютерных сетей. Без понятия, зачем это ему, так что даже не спрашивайте.

— Процесс завершён, Ван-сяньшэн, — вернул меня к реальности Лиу Цзяо.

— Уверен? — прислушался я к себе.

Хм… вроде ничего так. Гораздо легче стало.

— Уверен, сяньшэн. Прикажете переходить ко второй фазе эксперимента?

— Думаешь, надо? — усомнился я.

— Не вижу смысла останавливаться на половине пути, сяньшэн.

— Ну тогда погнали, — мысленно послал я к чертям паранойю вкупе с осторожностью. — Только если что, так сразу!

— Обязательно, сяньшэн, — заверил «мини-гекс». — Процесс активирован…

-//-

— Итак, господа мои, я вас внимательно слушаю! — Илья Фаддеевич дождался наших дружных кивков, на мгновение задумался, и всё же добавил: — И дама, конечно же!

На сей раз среагировала исключительно Милли, как, собственно, и положено скромной девице, пребывающей в статусе наложницы наследника клана. То бишь изобразила лёгкий поклон, не смея поднять взгляд на всесильного главу. Впрочем, того провести трудно, а Эмилию батюшка уже неплохо изучил, так что сейчас читал её, как раскрытую книгу. В отличие от меня, хе-хе. Для меня каждый день общения с Милли был днём открытий чудных. Ладно хоть по большей части приятных.