Книга Водный мир. Герилья, страница 23 – Александр Быченин

— Страшно, — не задумываясь, признался я.

— А почему, если не секрет? — заинтересовался хозяин кабинета.

— Видимо, что-то такое предчувствую, — пожал я плечами. — Не хочу потом самому себе в кошмарах являться. Я ведь правильно догадался, что на мертвеца тогда был похож? Ну, живого?

— Пожалуй, это наиболее точное описание вашего на тот момент состояния, Иван Ильич. Лично меня особенно поразил ваш взгляд — пустой и безжизненный. Вы, такое ощущение, превратились в машину. В программе у которой прописана ровно одна цель — уничтожить обидчика, — не стал скрывать жестокую правду мой собеседник.

— Н-да… не зря, получается, я малодушничал…

— Занятно… — задумчиво протянул Майский. — А что вы по этому поводу думаете сейчас, сударь мой Иван Ильич?

— Пожалуй, больше такого не хочу, — помотал я головой, нервно сглотнув. — И не только в смысле самому превратиться в монстра, но и пережить всё то, что привело… ну, вы меня понимаете, Валентин Егорович.

— Думаю, можно и так сказать, — подтвердил тот. — Что ж… вы меня порадовали, Иван Ильич. Равно как и порадуете многих других, кому я об этом сообщу. Насколько я вижу, в монстра вы и впрямь не превратились. И к голосу разума прислушиваетесь.

— Как минимум стараюсь, Валентин Егорович! — заверил я.

— И это тоже отрадно слышать, сударь, — задумчиво склонил голову хозяин кабинета. — То есть победитель дракона не занял вакантное место. Смею ли я надеяться, что и в дальнейших своих действиях вы будете придерживаться рационального подхода к решению вопросов силовыми методами?

— По возможности, сударь. По возможности, — не стал я отрезать пути к отступлению.

Демоны знают, как оно всё в дальнейшем обернется. А сейчас вот ляпну, не подумавши, и всё, здравствуй, всепланетная слава аристо, не способного… или не желающего, что ещё хуже, держать слово.

— Хм… а от чего она зависит? Я имею в виду возможность, — уточнил Майский.

— Исключительно от оного воздействия объектов, сударь, — добавил я в голос жёсткости. — Если меня не станут провоцировать при помощи тех же людоедских методов, что и наш малопочтенный предыдущий глава, то… и со своей стороны обещаю придерживаться принципа наименьшего вреда. В физическом плане, разумеется.

— Разумеется, сударь, — удовлетворённо кивнул хозяин кабинета.

Ну вот, кажется, мы друг друга поняли. И если я не ошибся в Майском (а я не ошибся), то уже сегодня все заинтересованные лица будут знать, что я обещал не жестить без особой надобности. Но это исключительно в том случае, если жестить не станут в первую очередь они. То есть, если переводить на человеческий язык, финансы и всяческие материальные активы это одно, а здоровье и жизнь — совсем другое. Первое можно не жалеть, ибо это совершенно нормальная ситуация в конкурентной среде, а вот со вторым надо быть аккуратнее. Никаких сопутствующих потерь, никаких похищений и ударов по родным и близким. Есть конфликт с конкретным аристократом — значит, с ним и воюем. И это работает в обе стороны. Потому что если кто-то вдруг, вопреки предупреждению, вздумает поднять руку на Лерку… или родителей… про Лидку и вовсе молчу, то… прецедент уже создан. Ну и ещё один момент: в отличие от Эмилии, Валентин Майский ни единым словом не обмолвился о каких-то моих таинственных способностях, обеспечивающих несправедливое преимущество. Хотя данный факт, вне всяких сомнений, от внимания нашего аристократического кубла не ускользнул. Вывод: с внезапными мгновенными переносами в любую точку планеты тоже нужно быть поаккуратнее. Потому что если это явление приобретёт постоянную основу, непременно возникнут неприятные вопросы. И начнутся не менее неприятные попытки если не отжать технологию, то хотя бы предотвратить её единоличное использование. И не исключено, что весьма радикальными методами. А оно мне надо? Правильно, оно мне не надо. Значит, будем тщательнее планировать акции. И это снова возвращает меня к необходимости повышать вычислительные мощности того же Лиу Цзяо, потому что на ресурсы рода и тем более клана в этом вопросе полагаться себе дороже. Однозначно секретность не сохраним. А вот если «потомкам» Лиу Цзяо при рождении задать некие жёсткие императивы, прописанные на подсознательном уровне, что по отношению к искину вполне справедливо, то мой «гекс» сможет задействовать их в режиме «единения» даже без ведома хозяев. И, самое главное, без их санкций… чёрт! А что, собственно, могло помешать тому же Кумо провернуть аналогичную схему? Судя по всему, ничего. То есть вот он, очередной фактор неизвестности. Теперь я не могу быть уверен даже в собственном «виртуальном» помощнике. Хотя вряд ли я что-то теряю даже в этом случае. Единственное, очередной осадочек по отношению к хитромудрому Алексу Заварзину.