Онлайн книга «Яд минувшего»
|
— Что у тебя? Говори быстрей, сейчас судебные черви сползутся. — Альдо, – негромко сказал юноша, – я… Я всю ночь думал… — Похвально. – Его величество вгрызся в яблоко. – А вот я, представь себе, спал и даже выспался. Почти. Ну и что ты надумал? — Ты говорил, что даже Ворон не должен отвечать за то, чего не совершал. — Говорил, – кивнул государь, – и теперь говорю. А что такое? — Я слушал этого теньета, а потом эра… то есть обвиняемого. Это был не он! Там, у ручья. — Да знаю я, что он не промахивается, – перебил Альдо, – но и на старуху бывает проруха. Сколько раз тебе говорить, что Раканов хранит сама Кэртиана, вот Алва и промазал. Не его вина. — Я не об этом, – затряс головой Дик, – эр Рокэ не стал бы отпираться! — Стал бы, – сюзерен покончил с яблоком и поднес к глазам огрызок. – Не потому, что боится казни. Он не трус, а гордец, стыдно за промахи, вот и отпирается. Да, кэналлиец горд, как сам Леворукий, и все равно не похоже. Не похоже, и все! — Альдо, – выдохнул Дкон, отгоняя видение лесной речушки и летящего через нее Моро, – до Люра добраться было труднее. Если б в роще был Алва, он бы… взялся за саблю. — Постой, – сюзерен швырнул огрызок в камин, – ты хочешь сказать, что он полез бы в ближний бой? В этом что-то есть… Определенно что-то есть. Жаль, мы разминулись! — Это был не Ворон, – повторил Ричард. Спорить с Альдо не хотелось, но в бою с Алвой сюзерена спасло бы лишь чудо. — Если не он, – буркнул Альдо, – кто тогда? Его же узнали… Правда, физиономию не разглядели, но фигура, конь, посадка… Такое не подделать. Не подделать? Смотря что… — Это был кэналлиец! – выпалил Дик. – Они ездят по-своему, а Рюшан эра Рокэ не знал. — Может быть… – Альдо закусил губу и свел брови. – Надо разузнать про лошадь. Если Ворон не брал ее в Фельп, на нас и впрямь напал не господин, а слуга. Даже обидно. — Экстерриор Талигойи барон Вускерд. – Голос гимнет-теньента положил конец разговору, но они еще договорят. Сегодня же! – Супрем Талигойи барон Кортней, первый советник супрема Фанч-Джаррик из Фанч-Стаута! — Мой государь, – начал экстерриор, – мы счастливы… — А мы – нет, – отрезал Альдо, на глазах превращаясь в повелителя. – Экстерриор, вы знаете, что Посольская палата возмущена Краклом и Феншо? — Мой государь, я как раз намеревался доложить… Дуайен Габайру посетил меня утром. Он требует незамедлительной аудиенции. Я обещал немедленно доложить… — Можете не докладывать, мы знаем больше вас. Отправляйтесь к маркизу Габайру, осведомитесь о его здоровье и сообщите, что Кракл больше не является гуэцием и старейшиной Совета провинций, а Феншо – обвинителем. Безграмотность и самомнение двоих судейских не должны встать между нами и державами Золотого Договора. Вы все поняли? — Да, ваше величество. — Отправляйтесь. Кортней, с этой минуты вы – единственный гуэций и отвечаете за все. Вы меня поняли? За все! Мы ценим верноподданнические чувства, но не тогда, когда они приносят вред. Герцог Алва хочет рассорить нас с нашими союзниками, противопоставив дом Раканов прочим династическим домам, не давайте ему повода. Фанч-Джаррик, это в полной мере относится и к вам как к нашему прокурору. Изымите из обвинительного акта все, что касается Сагранской войны и восстаний, нам не нужны дриксенские и каданские протесты. |