Онлайн книга «Вторая «Зимняя Война»»
|
17 января 1942 года, полдень. Финляндия, 45 километров к севернее Выборга, станция Лаппеэнранта. Маршал Финляндии Карл Густав Маннергейм Первое, что, должно быть, видят пилоты большевистских бомбардировщиков, подлетая к станции – это густой черный дым, сплошной пеленой поднимающийся над горящими угольными складами, скопившимися на станции эшелонами, аэродромным бензохранилищем и постройками обывателей. Трое суток не удается потушить пожары, хотя, казалось бы, все уже выгорело дотла, ведь налеты большевистской авиации и обстрелы неизвестным оружием следуют без перерыва. Волны краснозвездных самолетов в плотных формациях заходят в атаку на станцию и на аэродром с восточного направления, ориентируясь на ниточку железной дороги и шоссе – и сбрасывают бомбы, целясь по пламени пожаров, загоревшихся после предыдущих налетов. То же творится и на станциях Тааветти и Иматра, расположенных в тридцати пяти километрах, соответственно, к западу и востоку от станции Лаппеэнранта. Но только на тех станциях легче. Там под удары красных бомбардировщиков попали только эшелоны с перебрасываемыми под Виипури воинскими контингентами, а Лаппеэнранта к моменту начала бомбежек оказалась битком набита гражданскими беженцами из Виипури. Эти люди, спасаясь от большевистского нашествия, на машинах или пешком бросились на север, так как дорога вдоль берега Финского залива была уже перерезана большевистскими лыжными батальонами, форсировавшими по узкую полоску горловины Выборгского залива по льду. Таким образом, к моменту, когда началась эвакуация, Виипури был охвачен противником с трех сторон, и у беженцев оставалась только одна дорога – в сторону Лаппеэнранты. Если спуститься с сияющих голубых небес на грешную землю, то видно, что падающие с небес бомбы не разбирали, где солдаты, а где мирные гражданские, рискнувшие вернуться в свои дома после того, как финская армия освободила Виипури от большевиков. Первый удар пришелся по станции как раз тогда, когда беженцы ожидали на посадки в вагоны, которые должны были освободить солдаты выгружающихся в Лаппеэнранте маршевых подкреплений. Сначала раздались несколько сильнейших взрывов, разрушивших входные и выходные стрелки, водокачку, а также нанесшие большой урон скопившейся на станции живой силе (в том числе и расчетам зенитных орудий, не имевших никакого прикрытия сверху), а потом на кишащую людьми станцию волнами пошли большевистские бомбардировщики. Кто сказал, что германская армия полностью уничтожила советскую авиацию? Самолетов было много, очень много, и из-под их крыльев, украшенных пятиконечными красными звездами, на головы скопившихся на Лаппеэнранте финских солдат и гражданских посыпались тысячи мелких осколочных и зажигательных бомб. Говорят, что это было страшнее самого ада – своего рода рукотворный последний день Помпеи. Если до этого была хотя бы возможность если не удержать сам Виипури, вдребезги разносимый большевистской осадной артиллерией, то хотя бы сохранить для финской армии коридор в Карелию южнее озера Сайма с железной и шоссейной дорогой, то после той бомбежки все эти надежды пали в прах. Когда Маннергейм узнал, что произошло на Лаппеэнранте утром пятнадцатого января, ему сразу стало понятно, что, воспользовавшись затишьем на германском фронте, Сталин бросил против маленькой Финляндии все свои лучшие ударные части и резервы – с желанием раз и навсегда раздавить непокорную республику Суоми. На настойчивые просьбы к германскому командованию оказать хоть какую-то помощь и начать против большевиков наступление на любом участке фронта последовал ответ, что вермахт истощен и обескровлен предшествующими боями, а неподготовленное наступление не обернется ничем, кроме не нужной никому напрасной гибели немецких солдат. |