Онлайн книга «Балканы. Красный рассвет»
|
И этот туман явился для нашей артиллерии решающим преимуществом. Это врагу ничего не видно, а управление огнем наших гаубичных полков РВГК осуществляется при помощи баллистических радаров. Советские артиллеристы точно знают, куда ложатся их снаряды и из каких квадратов в ответ им погавкивают германские оппоненты. До советских батарей немецкие артиллеристы не достают, слишком велика разница дальнобойности, – поэтому их ответ (без особой точности, в режиме «на деревню дедушке») оказался нацелен на передний край советской обороны по левому берегу Днепра. По мнению немецких артиллеристов, как раз в этот момент там должны были суетиться наши саперы, подготавливая к сборке части наплавных мостов и паромы-плашкоуты. Но факир был пьян и фокус не удался. Саперам по плану предстояло выйти на берег только после того, как моя бригада форсирует реку, а пока к обозначившим себя немецким батареям в ответ полетели увесистые гостинцы от наших артиллеристов. Всего на артподготовку отведено два последних предутренних часа ночи, так что время подавить вражеское сопротивление у них еще есть. Постепенно светает. От грохота орудий туман над рекой распадается и плывет клочьями, но тем не менее прямой видимости противоположного берега нет ни у нас, ни у немцев (тем более что им и не до наблюдений). Сидят сейчас в своих блиндажах и молятся, чтобы не было прямого попадания, а не то всех вдребезги. В первую мировую артподготовка, говорят, в таком режиме могла продолжаться по нескольку суток и люди от нее просто сходили с ума. Сейчас все гораздо быстрее; долбить несколько суток вражескую оборону снарядами – непозволительная роскошь, ибо противник, если еще не выжил из ума, тут же начинает стягивать к месту предполагаемого прорыва свои резервы. Вот и выходили у противоборствующих сторон кровавые потягушечки с ужасающими жертвами – два километра туда, километр сюда. Уже перед самым восходом солнца, когда артиллерии осталось долбить по переднему краю около десяти минут, в воду пошли первые БМП моей бригады; отфыркиваясь выхлопами дизелей, с неторопливой грацией беременных уток они косяком поплыли к противоположному берегу. Плыть им предстояло, в зависимости от участка форсирования, от двенадцати до пятнадцати минут. Чтобы прикрыть форсирующие реку БМП от внезапного огня уцелевших средств противника, позиции на берегу заняли взводы управления артиллерийских батарей и минометчики, а в боевых отделениях самоходных гаубиц рядом с лотками подачи уже лежали наготове штучные в этом мире корректируемые снаряды «Китолов-2М»… Но в основном все обошлось. Когда артиллерийский огонь с береговой линии был перенесен в глубину вражеской обороны, где начались нехорошие шевеления резервами и уцелевшие немецкие зольдатены смогли высунуть головы из укрытий и оглядеться, прямо напротив них, в восточной части горизонта, прорезался диск восходящего солнца цвета расплавленного золота. Брызнувшие прямо в глаза ослепительные лучи сделали на какое-то время прицельную стрельбу невозможной. И этого выигрыша по времени вполне хватило на то, чтобы первые боевые машины, стрекоча пулеметами по мелькающими головам в специфических немецких касках, смогли доплыть до правого берега. Выбравшись на сушу, БМП своими корпусами прорвали уже изрядно побитое артиллерией проволочное заграждение и сбросили десант, который тут же полез в рукопашную драку с уцелевшим при артподготовке немецким населением первых траншей. А там, в штурмовых взводах, такие парни (в основном с опытом немецкого плена), которым лишь добежать и вцепиться в глотку горгочущим по-немецки уродам в фельдграу. |