Онлайн книга «Операция «Яростный полдень»»
|
За неимением своих специалистов в области русской военной психологии фрау Меркель даже прибегла к помощи единственного доступного ей консультанта с реальным фронтовым опытом. Генерала Вальтера фон Брокдорф-Алефельда извлекли из госпиталя, где тот проходил курс лечения от ревматизма, одели в серый штатский костюм, дабы не пугать слишком нервную публику, и привезли по адресу: Вилли-Бранд-штрассе, дом один. Генерал выслушал описание ситуации, пожевал губами и сказал, что все плохо, хуже некуда. Ситуация заранее продумана, искусно срежиссирована, а военное решение проблемы тщательно подготовлено. Нечто подобное на Восточном фронте в его бытность наблюдалось только при прорыве русскими Невельского рубежа, в остальных случаях даже армия русских из будущего действовала гораздо менее организованно. Экспромт – это совершенно особенная форма военного искусства, и хоть в обоих мирах местные русские владеют ею лучше других армий, заранее спланированную операцию легко отличить от той, где обе стороны принимают важнейшие решения прямо в ходе сражения. Смоленское сражение в том мире было экспромтом, а рывок к Риге – уже нет. Вот и сейчас европейским армиям, способность которых противостоять современной русской армии невысока даже по стандартам вермахта, лучше не совать пальца под дверь, пытаясь спасти то, что спасти уже нельзя… Генерал взял в руку карандаш и на карте показал направления ударов от российской границы, отсекающих донбасскую группировку ВСУ от крупных городских агломераций. — Организованное отступление под давлением противника большой группы людей на значительное расстояние это ненаучная фантастика, – сказал он. – Выходя из наших окружений в сорок первом году, русские теряли до девяноста процентов живой силы и сто процентов материальной части. Когда отступать под русским натиском приходилось уже вермахту, картина была аналогичной. Насколько мне известно, украинская армия отличается тем, что ее части нарублены на батальонные и даже ротные кампфгруппы, перемешанные между собой. Хаос в таких случаях неизбежен, даже если приказ на отход получен своевременно. А с этим тоже могут возникнуть проблемы, потому что русские основательно постарались разрушить командную инфраструктуру. Когда начнется наземная операция, никто не поймет, что ему делать – вся эта масса людей будет обречена на бесславный разгром… И как раз в этот момент в кабинет фрау канцлерин ввалился человек, считавшийся главным злым гением германской политики. Американский посол Ричард Гренелл чувствовал себя в Берлине скорее не как обычный дипломат, а как руководитель оккупационной администрации, обладающий правом в грубой форме указывать местным квислингам на их ошибки и недоработки. — О, Вальтер, ты уже здесь?! – с чисто американской бесцеремонностью воскликнул он, увидев графа фон Брокдорф-Алефельда. – А я как раз хотел распорядиться, чтобы за тобой кого-нибудь немедленно послали. Только ты, мой друг, можешь подсказать, как мы сможем окоротить этих русских, вздумавших рушить такой красивый американский миропорядок… — Ты ошибаешься, Ричард, – скроив на лице кислую гримасу, ответил германский генерал, – я как раз объяснял госпоже рейхсканцелярин, что останавливать сейчас русских – это все равно что совать палец в мясорубку. И палец оторвет, и мясорубка не остановится. Сейчас сложилась как раз та ситуация, когда русские приходят за тем, что у них когда-то украли. Как говорил наш Бисмарк, вора в таком случае бьют смертным боем, и не думаю, что ваш президент прикажет послать на Украину воевать с русской агрессией хоть одного американского солдата… |