Книга Операция «Яростный полдень», страница 50 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Направление нашего наступления тоже совсем другое – не с востока на запад, как в нашем прошлом, отжимая немецкие дивизии с фронта вглубь Югославии, а с юга на север. Да и нет тут у немцев никаких фронтовых дивизий, о чем уже много раз говорилось. Нет и не может быть. А то, что есть, предназначено бороться с партизанами, а не воевать с регулярной армией. Как я понимаю, Гальдер и компания подсознательно воспринимают южное направление как отвлекающее. Мол, едва только немцы отвлекут резервы на помощь разным Антонескам, Хорти и Павеличам, как последует сокрушающий удар на берлинском направлении в стиле наших прошлогодних танцев с саблями вокруг Смоленска. И отсутствие данных разведки о концентрации советских и российских войск на Берлинском направлении для немцев тоже не показатель. Примерный расклад наших сил они знают, количество войск, задействованных в прорыве на Балканы – тоже. А все остальные, значит, затаились, чтобы сделать белокурым бестиям больно в самый интересный момент. Если суслика нигде не видно, это не значит, что его нет. Прорыв на Ригу и отвлекающее наступление на Минском направлении зимой тоже произошли абсолютно внезапно.

А теперь по порядку о Белградской операции. Все началось вечером двадцать восьмого числа в Кралево, когда туда одновременно вступили передовые подразделения второго ударного партизанского корпуса НОАЮ (командовать которым был назначен мой хороший знакомый Пеко Дапчевич) и 27-й Севастопольской мотострелковой дивизии экспедиционных сил. Вспышка эмоций была запредельная. Наверное, так наших солдат не встречали еще нигде и никогда. Потом, когда в Кралево вошли авангарды механизированного корпуса товарища Лелюшенко, веселье продолжилось с удвоенной силой. Еще недавно фронт был так далеко от этих людей, что до них долетал далеко не каждый самолет – и вот он пришел в Сербию, и наши танки уже лязгают гусеницами по улицам сербских городов.

А утром российские танки приняли на броню югославских партизан в качестве десанта и снова двинулись вперед, прямо на Белград. При этом Первый пролетарский корпус НОАЮ, под командованием кадрового офицера и известного коммуниста-интернационалиста Кочи Поповича, заблаговременно сосредоточенный в лесных массивах западнее сербской столицы, внезапной атакой на рассвете взял город Обреновац в тридцати километрах от Белграда и частью на автомашинах, частью пешим порядком тоже включился в наступление. Продвигаясь вдоль берега Савы за час до полудня, бойцы этого корпуса освободили поселок Умка, к четырем часам вечера были в пригородном поселке Остужница, а уже на закате тихо, без шума и лязга, вошли в пригородный рабочий поселок Чукарица, где в основном проживали семьи рабочих сахарного завода.

Практически одновременно к южной окраине Белграда в районе Баньица вышли авангарды подвижной группы генерала Лелюшенко с десантом из частей второго ударного корпуса НОАЮ на броне, по пути стоптав немало отступающих в том же направлении немецких пехотных частей и присоединяя к себе мелкие партизанские отряды и даже подпольные группы. Дорога там одна, и немцы, пытавшиеся уклониться от встречи с советскими танками, разбившись на мелкие группы, тут же становились добычей югославских партизан.

Кстати, чтобы ни у кого не было иллюзий, надо сказать, что в партизанских корпусах, считающихся ядром народно-освободительной армии Югославии, числилось по восемь-десять тысяч бойцов. Это потом, когда будет проведена мобилизация и структурированы мелкие партизанские отряды, эти корпуса (те два, что участвуют в наступлении на Белград у югославских партизан, не единственные) будут наполнены личным составом до штатной численности и объединены в армии.