Книга За точкой невозврата, страница 149 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Мы знаем, о ком вы говорите, – степенно кивнул Генеральный Секретарь ЦК КПК товарищ Ло Фу. – Чтобы этот разговор не был бесплодным, товарищ Линь Бяо просветил нас о делах и неблаговидных замыслах этого человека. При этом наша личная судьба не значит ничего по сравнению с судьбой нашего коммунистического дела, народа и страны – ради них мы готовы поступиться своим благополучием и даже самой жизнью. Ради того, чтобы не навредить нашей партии и не устраивать внутренних склок перед лицом жестокого врага, мы уступали агрессивному натиску товарища Мао, а оказалось, что делали мы это совершенно напрасно.

— Мы не вмешиваемся во внутренние дела вашей компартии, рекомендуем, а не приказываем, – сказал Ван И. – Но при этом хотим быть уверены, что помощь, которую мы собираемся оказать нашим предкам, не пропадет втуне и будет наилучшим образом обернута к пользе всего китайского народа. О том же беспокоится и председатель Советского Союза товарищ Сталин – ему хочется, чтобы новый народный советский Китай и Советский Союз были добрыми соседями, успешными партнерами и надежными союзниками, которые, стоя спина к спине, будут противостоять натиску всего империалистического мира.

— Некоторые наши товарищи, – сказал Бо Гу, – глядя на то, что происходит в Европе, опасаются, что после Германии, Франции и иных стран Советский Союз так же поглотит и Китай, пока тот слаб и ничего не может предпринять в свою защиту. Мы в это не верим, но все равно имеются определенные опасения.

— Опасения ваши напрасны, так и разъясняйте это своим товарищам, – сказал Ван И. – И Европа, и Россия, и Китай являются самостоятельными цивилизациями. При этом для того, чтобы Россия поместилась внутрь Европы, ее следует разрушить; Европа же внутрь России влезет целиком, и еще останется место, а Китай и Россию можно сблизить, но не соединить, потому что они ни в одном месте не проникают друг в друга. Мы можем жить рядом, дружить, ходить в обнимку, торговать, помогать друг другу в беде, но никогда китайцы не будут жить как русские, а русские как китайцы. Это исключено. При этом русские ко всем своим соседям, вне зависимости от их родного языка и особенностей внешности, относятся как к таким же людям, как они сами, и поколебать это мнение может только тот случай, когда сосед ведет себя будто сорвавшийся с цепи дикий зверь. При этом такие озверевшие нации они стремятся не истребить, а обезвредить и излечить до возвращения в человеческое состояние. Вы все понимаете, о чем я говорю. В этом мире германский зверь уже обезврежен, на очереди Япония. В нашем мире взбесилась Америка и успела перекусать множество стран. Однажды это может случиться и у вас. Работы у тех, что стоит в бою спина к спине, хоть отбавляй. Я вам достаточно все разъяснил или требуется уточнить?

— Нет, товарищ Ван И, – сказал Ло Фу, – вы все разъяснили достаточно. Мы поняли, что наша чрезмерная уступчивость вела к негативным последствиям.

— В ближайшее время, за три четыре месяца до начала освобождения нашей Родины от японских захватчиков, – добавил Линь Бяо, – товарищ Димитров намеревается вызвать товарища Мао в Москву, чтобы тот на заседании Исполкома Коминтерна честно и открыто объяснил бы свою сектантскую антикоминтерновскую деятельность, а также интриги, направленные на лишение полномочий действующего руководства Китайской Советской Республики и Коммунистической партии. А если он откажется ехать, то его отрешат от всех постов и полномочий, после чего начнут тщательное партийное расследование его действий и действий его прихвостней.