Книга За точкой невозврата. Полдень битвы, страница 157 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

В настоящий момент, российская армия перегруппировывалась после штурма Хельсинки, сосредотачиваясь для продолжения наступления ограниченными силами в северном направлении вдоль побережья Ботнического залива. Конечной задачей было выйти в район шведско-финской столицы, чтобы полностью изолировать останки страны Суоми от внешнего мира. При этом активным полевым операциям того, что осталось от финской армии, ощутимо мешала ее малочисленность, а также господство в воздухе российской авиации. Поэтому финское командование в первую очередь запросило у западных стран поставку зенитных ракетных комплексов: германских установок малой дальности IRIS-T SLS, а также систем средней дальности шведских «Bamse» и норвежских NASAMS. После того, как в начале двухтысячных годов с вооружения в США были сняты последние неоднократно модернизированные ЗРК «Хок», это было все, что можно быстро поставить на финский театр военных действий.

Проблемы заключались в том, что у финнов отсутствовали обученные расчеты, и к тому же все существующие на данный момент зенитно-ракетные комплексы уже стояли на вооружении действующих частей немецкой, шведской и норвежской армий. Если отдать их финнам, то оголится следующий оборонительный рубеж так называемого «Свободного мира». Но в Вашингтоне уже нажали на все возможные рычаги, так что рано или поздно эти установки финнам должны были поставить, причем вместе с расчетами. На относительно независимых шведов где сядешь там и слезешь, а вот норвежцы и немцы вполне могли прогнуться, но в любом случае это не являлось вопросом ближайшего будущего.

Южнее, в Эстонии и Латвии, российское наступление имело полный успех, морская пехота Балтфлота еще проводила частные операции по высадке на Моонзундские острова, но по большей части территория обеих республик уже находилась под контролем российской армии. «Типичный блицкриг, – сказал по этому поводу генерал Вальтер фон Брокдорф-Аленфельд, – быстрые действия подвижных соединений и безжалостный разгром превосходящими силами узлов сопротивления». В оперативной пустоте российские войска продолжали быстро продвигаться на Лиепайском, Шауляйском, Паневежиском, и Вильнюском направлениях (операция «Штора»). Легковооруженные батальоны резервистов, брошенные литовским командованием на отражение этой угрозы, не могли сдержать натиска танковых и мотострелковых частей с боевым опытом, и либо гибли в арьергардных боях, либо спешно отступали.

Такое развитие событий создавало угрозу глубокого обхода основной части литовской армии, все эти десять дней продолжавшей топтаться под Ошмянами. Переброшенные на этот участок фронта российские соединения с боевым опытом сначала помогли белорусской армии сдержать вражеское наступление, а потом даже потихоньку стали теснить литовцев обратно в сторону Вильнюса. Командовал всей литовской армией генерал-майор Вальдемар Рупшис, в тысяча девятьсот восемьдесят девятом году самодемобилизовавшийся из Советской армии в звании курсанта-сержанта выпускного курса Новочеркасского Высшего Военного училища. Азбучных знаний, почерпнутых в юности в советском военном училище, ему вполне хватало для понимания того, что если он ничего не будет предпринимать, то российское наступление в Прибалтике для его главных сил может закончиться окружением в чистом поле и последующим разгромом со счетом десять-ноль.