Онлайн книга «За точкой невозврата. Вечер Победы»
|
С этими словами Сталин передал Ямамото две идентичные папки с текстом условий капитуляции, и тот, усевшись за стол, принялся их читать. Закончив это дело, полномочный представитель императора Японии достал из нагрудного кармана паркеровскую ручку и поставил две подписи. Еще пара минут, которые потребовались на то чтобы впитались и высохли чернила – и капитуляция Японии стала исторически свершившимся фактом. 3 марта 1943 года, 12:25. США, Вашингтон, Белый Дом, Овальный кабинет Присутствуют: Президент Соединенных Штатов Америки – Франклин Делано Рузвельт Вице-президент – Генри Уоллес Госсекретарь – Корделл Халл Военный министр – Генри Стимсон Министр ВМС – Франклин Нокс Специальный помощник президента Рузвельта – Гарри Гопкинс Когда кресло-каталку Рузвельта ввезли в кабинет, госсекретарь Корделл Халл встал и сказал: — Мистер президент, из Москвы только что поступило официальное сообщение о том, что после бурной трепки, заданной Красной Армией, Японская империя выкинула белый флаг, то есть капитулировала, и сразу же подписала со Сталиным соглашение об Ассоциации, превратившее ее в часть оборонительного периметра Большого Советского Союза. Теперь нас спрашивают, готовы ли мы признать факт этой капитуляции и прекратить боевые действия против Японии, или же война продолжится, но только с новым составом участников. — И что, мистер Халл, трепка была очень бурной? – спросил Рузвельт. — Бурная трепка – не то слово, мистер президент, – вместо госсекретаря ответил военный министр Стимсон. – Русский медведь просто разорвал узкоглазых мартышек на куски, растер в кровавый фарш и размазал его по унылой морде японского императора. Первым же ударом своих великолепных артиллерии и авиации русские к чертовой матери снесли с лица земли все приграничные укрепрайоны, которые строились чуть ли не двадцать лет, и ворвались на вражескую территорию в самом неудобном, но стратегически выгодном месте. А дальше все пошло так, как и трактует современная доктрина мобильной войны: рассекающие удары бронетанковыми частями на всю стратегическую глубину, сокрушающий перевес в полосе главных ударов и просто значительный – на второстепенных направлениях; большие и малые окружения, а потом, если враг не сдавался, его уничтожали. Неделя – и вся японская военная мощь рассеялась дымом. Еще три дня, и император Хирохито признал поражение, преклонив колени перед дядей Джо и мистером Путиным. — И за все это время на территорию японской Метрополии не упала ни одна бомба, – криво усмехнувшись, добавил Гарри Гопкинс. – И теперь японская промышленная мощь добавится к мощи самих Советов, Германии, Италии, Франции и Великобритании. Если посчитать на пальцах, то это чуть больше половины всего мирового промышленного потенциала с хорошей перспективой к росту. Можно делать перерыв и уходить пить кофе. Игра сыграна. — Должен напомнить, – сказал Рузвельт, – что нам по итогам этой игры досталась Канада. А это владение значительно интереснее, чем Гавайский архипелаг. Все прочее от лукавого. Кидаться сейчас на альянс дяди Джо и мистера Путина будет равносильно самоубийству, и даже гонку вооружений вдолгую у них мы не выиграем, потому что промышленность и конструкторы Старого Света будут одну за другой использовать технологии двадцать первого века, а нам останется только уныло плестись у них в хвосте… |