Книга За точкой невозврата. Вечер Победы, страница 8 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

И вот колонна БМП с десантом поверх брони, лязгая гусеницами и свистя дизелями, вступает на Дунайский мост, при этом из командирского люка головной машины, над которой трепещет боевое знамя бригады, по пояс торчит ваш покорный слуга. Мост двухъярусный: сверху шоссейный, снизу железнодорожный. Впереди мы, грешные, а позади нас, прямо в эшелонах, форсировать Дунай готовятся танки подвижной механизированной группы генерала Рыбалко, по ту сторону врат воевавшего в этих же местах. Первый состав пойдет на мост после того, как наша бригада возьмет под контроль его болгарский конец и расположенный за ним таможенный терминал. Протяженность мостового сооружения – около двух с половиной километров, время движения колонны – семь-восемь минут. На мосту невозможно развернуться в боевой порядок, и в случае какого-нибудь коварства с болгарской стороны потери в головном батальоне будут тяжелыми. Потом мы, конечно, в любом случае возьмем свое, но попадать в подобную ситуацию очень не хочется. Отсюда и тщательно скрываемый мандраж. Но при этом все видят, что их комбриг Погорелов впереди всех на белом коне, труса не празднует и демонстрирует уверенность, что все будет хорошо.

И вправду, все обошлось. На той стороне моста нас не ожидало ничего, кроме приветственного кумачового транспаранта на болгарском языке, растянутого между двумя портиками в античном стиле при въезде в Болгарию, и толп народа под русскими, болгарскими и советскими флагами на таможенном терминале. Как я понял, намечалось нечто вроде приветственного митинга. Ну что же, раз так, значит, поговорим.

Прижимаю ларингофоны к горлу и командую: «Первая рота направо, остальные прямо!». Десять БМП, в том числе и моя командирская, сразу после съезда с моста сворачивают к таможенному терминалу, а остальные двигаются напрямую через травянистый газон к шоссе, проходящему вдоль берега Дуная. На данном этапе наша задача – занять плацдарм и обеспечить форсирование водной преграды подвижной мехгруппой генерала Рыбалко. Вот мы ее и выполняем.

Но оказалось, что митинг – это еще далеко не все, что нас ожидало. Помимо местных гражданских активистов патриотического толка (все проевропейские граждане удрали от нас куда подальше впереди собственного визга), тут, в Русе, в первых рядах встречающих, оказался специально прибывший на это мероприятие болгарский президент Румен Радев, в миру генерал-майор авиации. Кстати, перед началом операции нам, красным командирам, вручили по колоде портретов действующих лиц местного бомонда, чтобы мы знали, кто есть кто. И господин Радев был одним из немногих местных политиков, кого не требовалось задерживать прямо при обнаружении. А вот это уже решительно интересно.

Механик-водитель остановил машину в паре метров от собравшихся людей. Я выбрался из люка и, выпрямившись, громко произнес:

— Приветствую вас, товарищи, от лица победоносной Рабоче-Крестьянской Красной Армии! Сразу должен сказать, что мы воюем не с болгарами и Болгарией, а исключительно с вашим дурацким правительством, решившим пробежаться по рельсам впереди американского паровоза. Теперь проделать такое безнаказанно уже невозможно. Однако румынское и венгерское правительства предпочли выйти из состояния войны, а также из всех антироссийских альянсов еще до открытия боевых действий, а ваше правительство даже не пошевелилось, поэтому мы прибыли его поторопить.